завтрак аристократа

Александр Москвин Блюдце на спиритическом сеансе 11.03.2020.

Блюдце на спиритическом сеансеЕвгений Водолазкин. Идти бестрепетно: между литературой и жизнью. – М.: АСТ, «Редакция Елены Шубиной», 2020. – 409 с. – 10 000 экз.

Размеренная душевность – вот то, что объединяет включённые в книгу тексты. Идти бестрепетно можно, но писать бестрепетно нет смысла, и Евгений Водолазкин это прекрасно понимает.

Вне зависимости от разбивки на разделы в сборнике чётко обозначаются три части – мемуары, эссеистика и художественная проза. Воспоминания кажутся наиболее притягательными. Всё-таки интересно узнать, как в литературоведе проклюнулся писатель или насколько популярные романы отклонились от первоначальных замыслов. Мемуарная часть получилась похожей на старое шерстяное одеяло – слегка колючей, но невероятно уютной. Лёгкий слог, ироничные метафоры, философский юмор укутывают приятной теплотой. Неважно, о чём пишет Водолазкин – о «грустном» детсаде или милом сердцу Пушкинском доме, о знаменитом академике Лихачёве или безвестном соседе, – фирменная манера изложения что угодно сделает понятным, простым и близким.

Водолазкин всегда найдёт, чем взбодрить читателя. Например, предложит заглянуть в замочную скважину литпроцесса. Разве не любопытно узнать, о чём шепчутся на сцене лауреаты «Большой книги» или где поклонницы современной прозы набивают татуировки с любимыми цитатами? Детали и намёки таят больше смысла, чем прямые утверждения. Особенно интересны тексты, где вскользь говорится о работе над книгой. «Ильин день», посвящённый репрессированным родственникам, вкратце сообщает, как стиль энкавэдэшных протоколов отразился на литературном опыте писателя, а «Далеко-далеко» парой предложений отмечает роль любимого кота в создании успешного романа. Именно такие моменты помогают по-новому взглянуть на знакомую прозу.

Если в основе воспоминаний лежат эмоции, то стержень эссеистики – идеи. Иногда писатель выбирает тон обычного, но при этом чуткого и умного собеседника. Он с ностальгией рассуждает о пишущей машинке, которую «очеловечивала причастность к самым сокровенным моментам творчества», или дерзко сравнивает политическую идеологию с комплексным обедом («…так вроде бы и дешевле, и мороки меньше, да только обязательно подадут и то, чего не любишь»). Как только дело касается литературы, на первый план выступает филолог. Он отвлечённых суждений не допускает, а сохраняет предельную серьёзность. В этом плане наиболее показательно эссе «Литература: будущее в прошедшем». Здесь Евгений Водолазкин – безо всяких ожиданий грядущих гуннов – показывает, как смерть автора и игра с цитатами уже сейчас сблизили современную словесность со средневековой. Сочетание научной строгости и писательского вольнодумства роднит некоторые его эссе со сборниками публицистики Умберто Эко – «Картонками Минервы» или «Заклятием сатаны». Нечто общее между двумя специалистами по Средневековью, которые в зрелом возрасте стали писателями, отмечалось уже не раз. Евгений Водолазкин снова пользуется схожими, но заточенными под себя инструментами, чтобы перевести ускользающее бытие в нерушимое слово.

Художественная проза вышла самой неоднозначной. Наиболее эффектным получился рассказ «Русские спешат на помощь «Титанику». Этикетка одноимённой картины для режиссёра Ярминена оказалась интереснее любого другого полотна в художественном салоне. Тщетные поиски несуществующего шедевра становятся поводом поиронизировать над национальным характером и осмыслить, из какого сора растёт вдохновение. Евгений Водолазкин интеллигентно высмеивает современность, где идея превалирует над воплощением. Стёб над реальностью дополняется и сугубо семиотическим юмором: каких только дел не натворит означающее без означаемого.

Есть в книге проза и в более серьёзных тонах. Рассказ «Русский акцент» – история любви, размывающей зону комфорта, а заодно и цивилизационные различия. Таким образом трогательное сближение ментальностей выбирается за пределы обычной мелодрамы. В повести «Близкие друзья» давнее обещание не расставаться ни при жизни, ни после смерти оборачивается экзистенциальными трагедиями. Оно связывает три судьбы, перекраивая любовные треугольники и прокладывая иные маршруты. Данное в несознательном возрасте слово можно позабыть или не сдержать, только вот оно незримо превращается в путеводную и в то же время несчастливую звезду.

«Призвание писателя – быть чем-то вроде блюдца на спиритическом сеансе: крутиться в центре стола и составлять из букв тексты», – говорится в эссе «Поющий в степи». Однако полюбоваться красотой фарфора и изяществом рисунка тоже не будет лишним. Мастерство прозаика и эссеиста Евгения Водолазкина таково, что ему удаётся и то и другое: и создать текст, и восхититься красотой инструмента.

завтрак аристократа

В. Крылов, Д. Поляков, Е. Авраменко Хранитель времени: умер Леонид Зорин 31 марта 2020

СОЗДАТЕЛЬ "ПОКРОВСКИХ ВОРОТ" ПРИШЁЛ В ЛИТЕРАТУРУ БЛАГОДАРЯ ГОРЬКОМУ


Март 2020 года выдался страшным для русской литературы. Смерть забрала сперва Эдуарда Лимонова, совсем недавно — Юрия Бондарева, и вот теперь, в последний день месяца, вновь траурная весть: скончался Леонид Зорин. «Известия» вспоминают автора более 50 популярных пьес и нескольких томов сочной, красочной прозы — и сценариста одного из главных, знаковых для поколения нынешних 50-летних фильмов.

Именно благодаря Зорину в наш вокабуляр вошли знакомые всем фразы. «Хоботов, это мелко!», «Заметьте, не я это предложил», «Кафе-бар. Я догоню» — сценарист «Покровских ворот» четыре десятилетия назад принес нам эту удивительную, ироничную легкость бытия. Едкий сатирик, Зорин не раз сталкивался с запретами своих пьес, с непониманием со стороны театрального и кинематографического начальства, но никогда — со стороны публики. Костик Ромин, фактически его альтер-эго, стал героем для поколения 1980-х — хотя писался с расчетом на их родителей, тоже, конечно, сразу полюбивших остроумного молодого человека из баснословной Москвы времен оттепели. Впрочем, Зорин всегда владел почти волшебным даром передавать в своих пьесах и книгах дух времени, тот самый Zeitgeist, уловить который со времен Вольтера старались великие насмешники европейской культуры.

Драматург Леонид Зорин (в центре) после премьеры спектакля по его пьесе «Невидимки», главную роль в котором исполнили художественный руководитель театра им. Ермоловой, народный артист СССР Владимир Андреев (справа) и Мария Бортник (слева). 4 ноября 2004 года

Драматург Леонид Зорин (в центре) после премьеры спектакля по его пьесе «Невидимки», главную роль в котором исполнили художественный руководитель театра имени Ермоловой, народный артист СССР Владимир Андреев (справа) и Мария Бортник (слева), 4 ноября 2004 года

Фото: ТАСС/Александр Куров




Причиной, вероятно, был самый характер Зорина.

— Я всегда болезненно относился к бегу времени. Мне было жаль расточительно потраченных минут. Ценность времени я понял даже раньше, чем мне было положено. Беспечность — огромный дар. Когда мы с вами говорим о «Покровских воротах» и вспоминаем Костика Ромина, то в нем для автора была наиболее привлекательной именно эта беспечность. Длилась она, к сожалению, недолго, — признавался Зорин в интервью «Известиям» незадолго перед 85-летием.



Сергей Голомазов, худрук Рижского русского театра драмы имени Чехова:

Наверное, лет 10 назад, в мою бытность художественного руководителя Театра на Малой Бронной мне посчастливилось поставить на этой сцене «Варшавскую мелодию» Леонида Зорина с тогда еще выпускницей ГИТИСа Юлией Пересильд и уже известным Даниилом Страховым. С этой пьесой связана чрезвычайно интересная история. Леонид Генрихович рассказал мне, что «Варшавская мелодия» стала своего рода побочным продутом. В это время он писал другую пьесу для какого-то большого театра, тратил на нее все силы и творческую энергию, а «Варшавская мелодия» была своего рода развлечением, возможностью переключиться на что-то другое. Но в результате именно эта пьеса, помимо конечно «Покровских ворот», стала основной, которая прославила драматурга в театре. Это удивительная, тонкая, полная глубокого психологизма, прекрасного лиризма пьеса. В результате получился спектакль, который идет больше 10 лет. Уверен, не последнюю роль сыграла в этом драматургия Леонида Зорина. Работать с ней было одно удовольствие. Так нежно поддаются прочтению только хорошие драматурги.


Ему был отведен долгий век — выпавший на самые разные периоды истории России и мира, от мрачнейших до более «травоядных». Леонид Генрихович Зорин родился 3 ноября 1924 года в Баку в интеллигентной семье. В четыре года научился читать и писать и очень рано проявил тягу — и талант — к писательству. Уже в 1933 году вышла первая книга стихов маленького Лени, а честолюбивые родители устроили для него «смотрины» у самого Максима Горького, в его доме в подмосковных Горках.

Лауреат Национальной литературной премии «Большая книга» писатель Леонид Зорин, занявший третье место, на церемонии награждения в Доме Пашкова. 27 ноября 2009 года

Лауреат Национальной литературной премии «Большая книга» писатель Леонид Зорин, занявший третье место, на церемонии награждения в Доме Пашкова, 27 ноября 2009 года

Фото: ТАСС/Алексей Филиппов




— Я по просьбе Горького прочел свою поэму «Человеки». Поэму наивную, но он отчего-то растрогался и даже прослезился. Хотя, быть может, его больше удивило и тронуло, что сочинил ее девятилетний ребенок. Через некоторое время Алексей Максимович написал обо мне в статье «Мальчик», которую напечатали в «Правде», а затем во всех газетах, — вспоминал годы спустя Зорин. В 17 лет юноша стал членом Союза писателей, а в 1949, закончив университет в родном Баку и заочное отделение Литинститута, переехал в Москву.



Константин Богомолов, худрук Театра на Малой Бронной:

Это огромная потеря для всех нас — и для театрального сообщества, и для отечественной культуры, и для страны в целом. Это был выдающийся драматург, легендарная личность, исключительно интеллигентный, умный, тонкий человек. Драматично, что его смерть пришлась на непростое время, когда так трудно попрощаться с ушедшим нормально, по-человечески. Мы планировали поставить спектакль по «Покровским воротам», и он благословил эту работу. Конечно, мы рассчитывали, что он увидит и репетиционный период, и премьеру, но... Я надеюсь, что этот спектакль все-таки состоится — в память о Леониде Зорине. Как только ситуация позволит, мы продолжим работу. А пока мы ведем активную деятельность в интернет-пространстве и обязательно сделаем какую-нибудь онлайн-программу памяти Зорина.


— Я влюбился в этот город сразу», — признавался потом Зорин. И столица отвечала взаимностью — уже первая его пьеса, поставленная в Малом театре, — «Молодость», — принесла молодому драматургу славу. Славу, не отпускавшую Зорина до конца жизни — и даже периодические запреты его сочинений цензурой лишь добавляли известности. А запрещали его и во времена не самые либеральные — но, к счастью, ему не пришлось ни эмигрировать, ни переходить в глухую оборону. Так, например, были запрещены к постановке «Гости», критиковавшие социальную несправедливость и бюрократический абсурд советской действительности, — в 1954 году, еще до всякого разоблачения культа личности и наступившей после ХХ съезда КПСС оттепели.

С оттепелью, концом 1950-х – началом 1960-х, и связаны были лучшие его пьесы — и лучшие воспоминания. Именно они и стали основой самой, пожалуй, знаменитой у широкой публики работы Зорина — «Покровских ворот». Пьеса была поставлена в Театре на Малой Бронной в 1974 году, а в 1982 стала основой для всенародно любимого фильма — обе постановки сделал Михаил Козаков. Костик Ромин к тому времени жил уже своей литературной жизнью — в «Старой рукописи», «Прощальном марше», «Хохловском переулке». Со своим творцом он, впрочем, оставался неразделим.



Роман Виктюк, народный артист России, худрук Театра Романа Виктюка

Самое главное в жизни, когда ты начинаешь свой путь в профессии, — встретить человека, который совпадает с тобой. Для меня таким человеком стал Леонид Зорин. В нем не было ничего взрослого. Если он и обижался, то так по-детски, что обидеться в ответ было нельзя.

Зорин абсолютно созвучен со своим любимым городом Баку, в котором он родился.

Москвичи знают мой спектакль «Царская охота», шедший в Театре имени Моссовета. Но в Ленинграде в Театре Комедии, спустя лет десять после смерти Николая Павловича Акимова, я поставил пьесу Зорина «Незнакомец». Почитайте ее. Она написана мальчишкой! Взрослым мальчишкой. Пьеса эта как сказка. Сказка советского времени. Зорин — маг. И актеры, воспитанные Акимовым, так соответствовали этому: они ведь тоже были большие дети. Мой любимый спектакль, моя любимая пьеса.

Его дом — был мой дом. За всё Леониду Зорину большое спасибо. Он сейчас смотрит на нас оттуда и радуется.


— Душевные связи с тем молодым Костиком Роминым нахожу в себе до сих пор и не могу сказать, что я повзрослел окончательно. Может быть, в этом есть нечто неверное и противоестественное, но я не чувствую себя постаревшим, — признавался драматург на склоне лет в интервью «Известиям».

Драматург Леонид Зорин на закрытии 89-го сезона Московского драматического театра имени М. Н. Ермоловой. 16 июля 2015 года

Драматург Леонид Зорин на закрытии 89-го сезона Московского драматического театра им. М.Н. Ермоловой, 16 июля 2015 года

Фото: РИА Новости/Екатерина Чеснокова



Для подавляющего большинства зрителей и читателей Зорин навсегда останется певцом Москвы, ее великим бытописателем и, как говорили в старину, «партизаном». Но сегодня, в этот грустный день прощания с Мастером, хочется вспомнить его незаслуженно подзабытую, но вновь актуальную в наши дни работу — фильм «Мир входящему», поставленный в 1961 году Александром Аловым и Владимиром Наумовым по сценарию Зорина. История молоденького лейтенанта, отправленного в последнюю неделю войны сопровождать в госпиталь беременную немку — чтобы спасти и ее, и еще нерожденного ребенка и уберечь самого мальчишку, едва успевшего закончить училище, — тогда затронула струны в душах зрителей по всему миру.

Картина получила специальный приз Венецианского фестиваля. По сюжету, советскому лейтенанту помогает шофер-американец — в год Карибского кризиса это напоминание о братстве по оружию стало символическим. Не менее символическим оно выглядит и сегодня, когда всему человечеству вновь требуется объединиться перед лицом общего врага. Гуманизм всегда был лейтмотивом творчества Леонида Зорина — и сегодня, прощаясь с писателем, постараемся не забыть главный его завет.



https://iz.ru/993686/vladislav-krylov-svetlana-naborshchikova-sergei-uvarov/khranitel-vremeni-umer-leonid-zorin

завтрак аристократа

Анекдоты из собрания Александры Васильевны Струк

«А ведь на самом деле жизнь после пятидесяти только начинается!» — подумал я налил себе ещё пятьдесят.

* * *

— Дорогоооой, я вернууууулась!

— Опять пьяная? Вот и иди туда, где была!

— Алло, девки! Щассс приду, я отпросилась.


                                                                      * * *

— Игорь, хочешь меня?

— Нет.

— Почему?

— Вова, ну ты подумай!

* * *

Учитель, пытаясь мотивировать детей учиться, говорит:

— Те, кто учится на 5 и 4, попадают в рай, а те, кто на 3 и 2, — в ад!

Голос с задней парты:

— А живым окончить школу шансы есть?

* * *

Задача. У Пети было семь миллионов. Шесть из них он отдал Свете. Вопрос: зачем он это сделал?

* * *

Один охотник другому:

— Знаешь, у меня странная собака. Когда я стреляю, она падает на землю и катается от хохота!

— А что она делает, если ты попадаешь?

— Не знаю, она у меня только 3 года…

* * *

Идёт мужик по улице и видит, как другой мужик обнимает свою машину, целует капот, дверцы, плачет — не может успокоиться. Подошедший сочувственно спрашивает:

— Продаёшь, что ли?

— Да нет… Жена права получила!

* * *

Если мужчина стирает носки, значит, они у него последние…

* * *

На экзамене.

— Вы читали произведение А. Грина «Алые паруса»?

— Да, читал.

— Что можете нам поведать о героине?

— Героин — сильная штука. А почему вы спрашиваете?

* * *

Сидят две бабки, одна и говорит:

— Люська, а помнишь, какие мы были молодые? Красивые же, особенно я! А сейчас что? Старые, страшные… Особенно ты!

* * *

— Миллллая, я ссссеня не пил!

— Скажи — в недрах тундры выдры в гетрах тырят в вёдра ядра кедров.

— Пил.

* * *

Чтобы вас не разнесло, старайтесь следовать всего двум правилам: не есть после шести и не курить возле бензоколонки…

* * *

Думаете, управлять мужчиной легче, чем автомобилем? Как бы не так! Тут права на халяву не купишь… На мужчине надо по всем правилам ездить, сцепление чувствовать — без этого никак. Руля же у него нет, тормоза слабые, а передок то и дело заносит налево… Особенно, когда полный бак залит!

* * *

Весёлая игра вечером отлично помогает расслабиться после тяжёлого рабочего дня.

Для игры вам понадобятся:

1) человек (вы сами);

2) ванна с натянутыми над ней верёвками-лесками для сушки белья;

3) колготки.

Как играть: надеваете колготки «попой» на голову, залезаете в ванну, встаёте в ней в полный рост, ноги (колготочные, не свои) забрасываете на верёвки для сушки белья. Медленно трогаетесь с места и делаете несколько шагов вперёд. Вы — троллейбус. Если при этом надеть лыжи — получается трамвай. А если надеть лыжи и налить в ванну воды — получается речной трамвай. А если в ванну с водой уронить включённый фен, то получится электричка. А если выключить свет и надеть налобный фонарик, то вы — метро. А если добавить в воду керосин, то получится самолёт. Но помните: если при этом в воде останется фен, вы — ракета!

* * *

— Не жалеешь, что замуж вышла?

— Да что ж я не человек, что ли?!.. Жалко его, конечно…

Однажды жена призналась мужу на пьяную голову, что изменила ему с соседом, когда супруг был на рыбалке… И муж исчез… Неделю его не видела. Потом еле-еле стала видеть левым глазом…

* * *

— Извините, не могли бы вы выдыхать дым в другую сторону?

— Дамочка, да если бы я мог выдыхать дым в другую сторону, я бы давно в цирке выступал!

* * *

— Папочка, пусть слоники ещё побегают!

— Доченька, слоники уже устали…

— Ну, папа, последний раз!

— Ладно, только самый последний… Рота! Надеть противогазы!

* * *

Острый психоз — вы разговариваете со своим котом.

Острый галлюцинаторный психоз — вы разговариваете с несуществующим котом.

Паранойя — вы боитесь сболтнуть лишнего при своём.

Шизофрения — кот говорит внутри вас.

Неврастения — ваш кот вас игнорирует, и вам это кажется совершенно невыносимым.

Маниакально-депрессивный психоз — ваш кот вас не ценит.

* * *

Вор залезает в дом, а там попугай в клетке сидит.

— А Кеша всё видит!

Вор ухмыльнулся, накрыл полотенцем клетку и продолжает заниматься своим делом. Попугай:

— А Кеша не я! Кеша — бульдог.

* * *

— Дорогой, прости меня, я тебя вчера обидела… Две бутылки пива сгладят мою вину?

— Ящик водки!

— Ох, ты ж, блин, какой ранимый!

* * *

Есть такие люди, к которым хочется подойти, обнять за плечи, ласково так заглянуть в глаза и спросить: «Ну как же ты живёшь… без мозгов-то?»

* * *


Муж с женой беседуют. Жена:

— Как же мне всё надоело! Носить нечего, всё однообразно, я устала, у меня депрессия…

Муж:

— Дорогая, я думаю, тебе надо куда-нибудь съездить!

— О, правда? Дорогой, а как ты думаешь, куда?

— Я думаю — по роже!

* * *

Народная примета: если ночью выйти во двор, лечь на землю и долго смотреть на звёздное небо через дуршлаг, то через какое-то время можно увидеть лицо врача «скорой помощи».

* * *

Бывает такое, что некоторым людям запрещают появляться в супермаркетах. Подобному запрету подвергся один молодой человек, который:

• завёл все будильники в отделе «Товары для дома» так, чтобы они звонили с 5-минутным интервалом;

• сделал из томатного сока дорожку, ведущую в туалет;

• слёзно умолял администратора магазина оформить покупку пакетика M&M's в кредит;

• в отделе туристических товаров поставил палатку и предлагал остальным покупателям брать подушки и заходить к нему;

• очень долго стоял у различных товаров, а на предложения сотрудников помочь в выборе начинал плакать и кричать: «Люди, почему бы вам просто не оставить меня в покое!»;

• смотрел в видеокамеры наблюдения, делая вид, что стоит перед зеркалом и ковыряется в носу;

• бегал по магазину, подозрительно громко напевая музыкальную тему из кинофильма «Миссия невыполнима»;

• прятался в стоках с одеждой и пугал покупателей криками «Выбери меня! Выбери меня!»

• запирался в примерочной кабинке и спустя некоторое время громко кричал: «Здесь нет туалетной бумаги!»

* * *

Несколько способов, как развлечь себя в маршрутном такси:

1. Сев на переднее сиденье, достать руль на присоске, прикрепить на переднюю панель. Сказав водителю: «Люблю японца с правым рулём!», начать рулить. Обернувшись назад, попросить пассажиров оплатить проезд. Переданные деньги складывать рядом с собой. На вопросительный взгляд водителя ответить: «У меня коробка-автомат, не волнуйся, твой рычаг трогать не буду». По ходу движения резко крутить руль то сильно вправо, то сильно влево. При этом можно периодически выкрикивать: «Ух ты, блин! Да её в колее не удержишь!»

2. Войти в маршрутку с чёрной повязкой на глазу. Вместо денег положить в ладонь водителю обслюнявленный стеклянный глаз. Сказать, что больше расплатиться нечем. Представиться Билли Бонсом.

3. Сев на переднее сиденье, подчёркнуто внимательно рассматривать магнитолу, тыкнуть на ней пару кнопок, взять телефон, набрать номер, сказать в трубку: «Алло, шеф! Здесь с радио та же ерунда! Да, примем меры!» Выйти на следующей остановке.

4. При передаче денег водителю, каждый раз протягивать ему два кулака и спрашивать: «Угадай, в каком?»

5. Находясь в салоне, пристально разглядывать одного из пассажиров. Когда он заметит это, позвонить по телефону и сказать в трубку: «Алло, шеф! Я его нашёл!»

6. Громко воспроизвести в телефоне заранее записанный женский голос: «Программа определения номеров абонентов активирована». Хитро прищуриваясь, поглядывать на пассажиров.

7. Просматривать в телефоне *censored* с громким звуком. При этом делать в блокнотике пометки, периодически покусывая ручку, задумываясь и глядя в потолок.

8. Вскакивая с места, выглядывать в разные окна. Поинтересоваться у пассажиров, что это за город. Получив ответ, успокоиться и сказать: «Ну слава Богу! Недалеко осталось!»

9. При каждом старте от остановки вжиматься в сиденье, вытаращивать глаза и растягивать губы к ушам. При каждом торможении падать вперёд (желательно на пол) с криком «Уай, блин! Не дрова везёшь!»

* * *

Докуривая на балконе, вдруг услышал, как соседка кричит на мужа:

— Вася! Не лезь своей мордой коту в лицо!

* * *

Как же я не люблю эти бесконечные лишние вопросы… «Как дела? Почему ты такой угрюмый? Зачем тебе нож?!»



http://flibustahezeous3.onion/b/342522/read

завтрак аристократа

Евг.Евтушенко ШУТЛИВОЕ

Комаров по лысине размазав
Попадая в топи там и сям
Автор нежных, дымчатых рассказов
Шпарил из двухстволки по гусям

И грузинским тостам не обучен
Речь свою за водкой и чайком
Уснащал великим и могучим
Русским нецензурным языком

В темноте залузганной хибары
Он ворчал мрачнее сатаны
По ночам-какие суки бабы
По утрам-какие суки мы

И когда храпел ужасно громок
Думал я тихонько про себя
За него, наверно, тайный гномик
Пишет, тихо пёрышком скрипя

Но однажды, ночью тёмной-тёмной
При собачьем лае и дожде
Не скажу, что с радостью огромной
На зады мы вышли при луне

Совершая там обряд законный
Мой товарищ, спрятанный в тени
Вдруг сказал мне с дрожью незнакомой-
Посмотри-ка, светятся они


Били прямо в нос навоз и силос
Было сыро, гнусно и темно
Ничего как-будто не светилось
И светиться не было должно

Но внезапно я увидел, словно
На минуту раньше был я слеп
Как свежеотёсанные брёвна
Испускали ровный белый свет

И была в них лунная дремота
Запах далей северных лесных
И ещё особенное что-то
Выше нас, и выше их самих...

И товарищ тихо и блаженно
Выдохнул из мрака - благодать
Светяться то, светяться как, Женька
И добавил грустно - так их мать.


http://lit.peoples.ru/poetry/evgeniy_evtushenko/poem_21468.shtml

завтрак аристократа

Приветствую всех соотечественников 1 апреля, в День Смеха (Дурака)

  В честь давнего праздника решил "переиздать" шуточные стихи учёного-биолога Бориса Сергеевича Кузина (1903 - 1973). Выпускника МГУ 1924 г. по специальности: "зоология описательная". Друга супругов Мандельштам (поэт, который). В 1935 г. репрессирован на 3 года л/свободы, а по отбытии срока сосла в Казахстан, где и оставался до 1953г. После ссылки до самой кончины работал на Биологической станции в пос.Борок Ярославской обл. С воспоминаниями, эссе и пр. Кузина можно ознакомиться в книге Б.С.Кузин "Воспоминания. Произведения. Переписка" Спб. Инапресс 1999 г., откуда и взята подборка стихотворений.

http://flibustahezeous3.onion/a/173784 (формат djvu)


Портрет



"Порой случается для бабы
Иные аргументы слабы.
Меж тем обыкновенный мат
Прекрасно баба понимат."

* * *

"Бах и Бетховен

При встрече раз сказал Бетховен Баху,
Что дал он непростительного маху
В какой-то, не припомню, из кантат.
На это Бах ему: - Послушай, брат,
Ведь я пишу, как всем известно, фуги,
Не всякие твои там буги-вуги,
И в этом деле съел собаку я,
А ты не смыслишь в фугах ни хуя,
И я б тебе советовал, Бетховен,
Поменьше сочинять своих хуёвин,
Которыми смешишь ты только кур.
Ты б лучше гамму разучил це-дур -
Бетховен страсть обиделся на это,
Но против Бахова авторитета,
Конечно, он никак не мог идти,
А только думал: - Мать его ети!"

* * *

"Похвала Бальзаку

Читая Гонорея БальзакА,
В нём чту я: а.) Доступность изложенья,
В.) Чистоту и ясность языка
И с.) Души высокие движенья.

Но, впрочем, мил и ГУстав мне Флобер,
В чём - менее, а в чём ином и болей.
А чем же плох хоть Мериме Проспер
Иль этот Франс, прехитрый Анатолий?

Но всё ж когда спрошу себя о том,
Какая книга прочих всех добрее,
Мой выбор чаще падает на том
Мной названного выше Гонорея."

* * *

"От скуки я прочёл книжонку невзначай
Мильтона одного про возвращённый рай.
Весьма изрядный слог и бойкая манера,
Что удивительно для милиционера.
Сдаётся всё же мне, что этот самый Джон
Навряд ли так уж был совсем простой мильтон.
Его не грех сравнить с Шекспиром, даже с Дантом.
По крайности он был милиции сержантом."

* * *


"Сыроварня на Сыр-Дарье

Варила Дарья сыр на Сыр-Дарье.
ДарьЯ текла на ДАрью. Было сыро.
Но Дарья наварила много сыра,
В продукте зная толк, как и в сырье.

Задолго до того, как Леверье
Открыл Нептун, и Дария и Кира
ДарьЯ видала. Дария порфира
Для Дарьи - прах. Что толку ей в старье?

А разобрать - так этот самый Дарий
Зачем своей свиной совался харей
На Сыр-Дарью? Зачем нарушил мир?

Он захватить хотел всё полушарье.
Нет, мне милей моя простая Дарья,
На Сыр-Дарье варящая свой сыр."

* * *

"Как-то шёл пустынной тропкой
Средь неведомых равнин
Очень тихий, очень робкий
Беспартийный гражданин.

Беспартийный - это значит
Он в рядах не состоит
В общем, так или иначе,
Он имеет бледный вид.

И подумал наш бедняга:
"Не туды я,ох, залез!"
В это время из оврага
Вышел член КПСС.

Член, конечно, это значит -
Он находится в рядах.
В общем, так или иначе,
Бедный парень чует страх.

С перекошенною рожей
Он сказал, крестясь тайком:
"Уважаемый прохожий,
Где,скажите, здесь местком?"

А прохожий отвечает:
"Тут месткома вовсе нет".
А потом ещё стращает:
"Я тебя в Госкомитет

Свёл бы, сукинова сына,
Только жаль - не по пути".
Парень трясся, как осина,
Думал:"Мать твою ети!"

Но пошёл партийный вправо,
Беспартийный - влево, в лес,
И шептал беззвучно:"Слава
И хвала КПСС"

* * *

"Устав от жизни половой,
Стою с поникшей головой,
Предавшись мыслям невесёлым
О размножении бесполом."

* * *





"Графиня посредине бала
Стояла промежду колонн
И вкруг себя распространяла
Парижеский одеколон.

А старый граф её тем времем
В соседней комнате торчал
И безуспешно лысым темем
Сидевших там княжон прельщал.

Княжны, конечно, возражали,
Зачем пришёл он в их салон
И неустанно повышали
Свой без того хороший тон.

Но тут пришёл лакей из зала
И громко графу доложил,
Что кто-то посредине бала
Графиню матом обложил.

Граф чувствует себя задетым
И, изменившись весь с лица,
Бежит с дуэльным пистолетом
Стрелять, конечно, наглеца.

Но выясняется, что эта
История - совсем не факт,
И граф заместо пистолета
С ним водку пьёт на брудершафт.

Потом подходит он к графине
И говорит ей: - Ангел мой,
Поскольку водки нет в графине,
Пора уж нам мотать домой.

И сев в роскошную карету,
Они в обратный едут путь,
И граф, согласно этикету,
Хотит графиню ущипнуть.

Графиня пальцем погрозила
И говорит ему: - Ни-ни! -
Потом чего-то собразила:
- Ну ладно, только ты не мни

Мой без того уже измятый
Последний бальный туалет. -
Но граф был за живое взятый:
Сказал, что уж охоты нет."

* * *

"Я в юности веселья кубки
Довольно часто осушал,
И аморальные поступки
На этой почве совершал,

Любил особ другого пола,
Умел им ловко угождать
И, не платя им ни обола,
К ответным чувствам побуждать.

А ныне всё совсем обратно:
Не вижу проку я в вине,
И только добрые приятно
Теперь свершать поступки мне.

За седины мои уважит
Меня порой прекрасный пол,
Но дева юная не ляжет
Со мною даже за обол."



Теперь ещё стишок. Б.С.Кузин приводит его в своих воспоминаниях о знакомом учёном из Московского университета, Б.М.Житкове (не путать с писателем), который и является автором этого сочинённого "перевода с латыни неизвестного римского поэта".

"Проходя мостом над Тибром,
Нынче варвара я встретил.
Ухмыляясь на добычу,
Он тащил свиную ногу.
Я же нёс домой под тогой
От писцов затибрских свитки
С переписанной искусно
"Апологией" Платона.
Молвил он:"Скажи, патриций,
Какова твоя удача?
Свежий корм какого сорта
Ты схватил в обжорной лавке?"
Я ответил:"Друг прохожий
У меня под тогой пища
Та, что мудрого прокормит
Целый век до самой смерти."









завтрак аристократа

Умер драматург и автор сценария «Покровских Ворот» Леонид Зорин 31.03.20.

Пьесы Зорина ставились в разных театрах СССР и России, по его сценариям были сняты фильмы «Транзит», «Человек ниоткуда», «Царская охота» и «Покровские Ворота»


Леонид Зорин (Фото: Екатерина Чеснокова / РИА Новости)


На 96-м году жизни умер писатель, драматург и сценарист Леонид Зорин, сообщила РБК его вдова.

Зорин родился в 1924 году в Баку, в 1940-х окончил Азербайджанский университет им. Кирова и московский Литературный институт им. Горького. Его первая пьеса «Молодость» была поставлена в 1949 году в Малом театре. Впоследствии пьесы Зорина ставились в разных театрах. Большую популярность, в частности, получила «Варшавская мелодия»: в ней рассказывается о любви польской девушки Гели и русского юноши Виктора, которые не смогли пожениться из-за принятого в 1947 году указа Президиума Верховного Совета СССР, запрещающего браки с иностранцами.

Среди прочего Зорин написал сценарии к фильмам «Транзит» (в главных ролях — Михаил Ульянов, Марина Неёлова, Альберт Филозов, Евгения Симонова), «Царская охота» (в главных ролях — Николай Еременко и Светлана Крючкова), «Человек ниоткуда» (в главных ролях — Анатолий Папанов, Сергей Юрский и Юрий Яковлев) и «Покровские Ворота» (в главных ролях — Олег Меньшиков, Леонид Броневой, Инна Ульянова и др.). Последний, созданный на основе одноименной пьесы, которую сам автор называл совершенно автобиографическим произведением, стал одной из самых известных советских картин.




Фото: Из личного архива


В 1974 году писатель был награжден орденом «Знак Почета» за заслуги в области советской литературы. В 2008-м он был удостоен литературной Премии Ивана Петровича Белкина за автобиографическую повесть «Медный закат», а в 2009 году — III премии «Большая книга» за сборник рассказов «Скверный глобус».

«Зорин был выдающийся прозаик. Во всяком случае, его повесть «Алексей» и пьеса «Пропавший сюжет» — это, я думаю, самые пронзительные и трагические истории любви. Он был выдающимся мастером: так строить диалог, как Зорин, мало кто умел. И уже сравнительно поздние его пьесы лишний раз напоминали, что ремесло его не слабеет. Он оставался во всеоружии своего мастерства. И каждая его повесть — а он публиковал в «Знамени» по две повести в год уже после 90 лет — подтверждала, что манера его, его ритмическая проза, его удивительное обаяние, все оставалось», — сказал РБК писатель Дмитрий Быков.



https://www.rbc.ru/society/31/03/2020/5e82f4fa9a79472926aa098b
завтрак аристократа

П.В.Басинский Сага о дураке 30.03.2020

Как ни тревожно вокруг, но не забудем, что послезавтра, 1 апреля, во всем мире отмечается День смеха. Один из самых старых праздников, который в других странах называют Днем дурака. Это день, когда люди разыгрывают друг друга, причем в истории есть примеры, когда эти розыгрыши устраивали не только отдельные люди, но и ведущие газеты, информационные агентства и т. д.

С одной стороны, в свете событий, связанных с коронавирусом, шутить сейчас вроде как неприлично. Тем более шутить на этот счет. Шутка, что в Голливуде сняли новую экранизацию романа Льва Толстого под названием "Анна КарОнина", боюсь, уже никого не рассмешит. И даже слоган на известном радио - "Кому корона, а кому вирус" - в свете отъезда королевы Англии из Букингемского дворца в Виндзорский замок тоже не кажется смешным.

Но не забудем и о том, что есть такой праздник - 1 апреля. И он всегда был популярен не только в России, но и в Великобритании, Франции, Германии, Новой Зеландии, Австралии и других странах.

О происхождении этого праздника спорят до сих пор. Одни возводят его к традиции средневековых христианских мистерий, другие - к языческому наследию. Есть мнение, что этот праздник родился еще в Древней Индии.

Понятно, что он каким-то образом связан с весной, с ее неустойчивой погодой. Есть в нем и отголоски "карнавальной" традиции. Но точно установить происхождение его нельзя. Что вполне отвечает его содержанию.

Первые намеки на праздник появились во французской литературе начала XVI века. Впервые термин Fools Holiday (Праздник дураков) произнес английский писатель Джон Обри в 1686 году. Чуть позже в Лондоне состоялся первый из известных ныне мировых розыгрышей: жителей города публично зазывали в Тауэр на "мойку львов".

Россия не отставала от Европы. Первый массовый первоапрельский розыгрыш состоялся в Москве в 1703 году. Глашатаи приглашали народ прийти на "неслыханное представление". От зрителей отбоя не было. А когда в назначенный час распахнулся занавес, все увидели на подмостках полотнище с надписью: "Первый апрель - никому не верь!" На этом "неслыханное представление" и закончилось.

Интересно, что нечто подобное я нашел в знаменитом романе Марка Твена "Приключение Гекельберри Финна". Там мошенники в одном небольшом американском городке устроили "фейковый" спектакль "Королевский жираф". Народ толпой повалил на экзотическое представление, покупал билеты, а потом понимал, что его надули. Но те, кто выходили из "театра", не говорили другим, что представления на самом деле нет, а всячески его хвалили, чтобы другие тоже купили билеты и тоже оказались в дураках. Дело для мошенников, однако, закончилось плохо.

Нечто такое есть и в сказке Андерсена "Новое платье короля".

В 1774 году Екатерина II в письме к Г. А. Потемкину писала: "Ныне вить не апрель первое число, что прислать бумагу и в ней написать ничего. Знатно сие есть следствие Вашего сновидения, чтоб лишней ласкою не избаловать. Но как я лукавству худо выучилась, то статься может, что иногда и я не догадываюсь, что безмолвствие значит".

Мораль: шутить с женщинами нужно осторожней!

Праздник 1 апреля упоминается в шуточном стихотворении Пушкина 1825 года, которое он послал барону Дельвигу: "Брови царь нахмуря, / Говорил: "Вчера: / Повалила буря / Памятник Петра". / Тот перепугался: / "Я не знал! Ужель?" / Царь расхохотался: / "Первый, брат, апрель!"

Странно, но самые знаменитые розыгрыши мира почему-то сейчас не кажутся очень смешными. Например, к топовому розыгрышу относят первоапрельскую шутку 1962 года, когда в эфире единственного в Швеции черно-белого телеканала SVT прошло объявление: "Если на экран черно-белого телевизора надеть нейлоновый чулок, он начнет транслировать передачи в цвете!" Многие поверили и бросились скупать нейлоновые чулки.

Более смешной представляется шутка 1979 года, когда британский астроном Патрик Мур объявил, что 1 апреля произойдет важное астрономическое событие. Ровно в 9.47 утра планета Плутон будет проходить непосредственно за Юпитером по отношению к Земле. Это будет означать, что комбинированные силы гравитации двух планет повлияют на силу земного притяжения и на время люди смогут избавиться от ощущения своего веса и полетать над Землей. Самое интересное, что потом многие описывали эти свои "полеты".

И так далее. "Летающие пингвины", "демонтаж Эйфелевой башни", перевод мирового времени с 60 секунд в минуту на сто секунд, урожай спагетти на деревьях Италии... Не слишком смешно, но люди на это велись.

Самый смешной публичный розыгрыш, на мой взгляд, состоялся в Англии в 1980 году. Журнал Soldier опубликовал новость о том, что меховые шлемы гвардейцев, охраняющих Букингемский дворец, нужно регулярно стричь. Издание сообщило, что медвежья кожа содержит гормон, который отвечает за рост шерсти. И это может кардинальным образом решить проблему облысения.

Я уверен, что многие лысеющие люди в это поверили.

Первый розыгрыш в советской прессе состоялся 1 апреля 1988 года. В газете "Известия" было написано, что клубы "Спартак" и "Наполи" согласовали трансфер Диего Марадоны за 6 миллионов долларов. На Западе предположить не могли, что советская газета может шутить - даже авторитетное агентство Assoсiated Press перепечатало новость. В следующем номере "Известия" опубликовали опровержение, но в редакцию несколько недель звонили люди и интересовались, когда Марадона наденет красно-белую форму...

Шутка уместна всегда, не только в условиях карантина, но даже на войне

С наступающим Днем дурака, дорогие читатели! Не забывайте, что шутка уместна везде и всегда, не только в условиях карантина, но и на войне. Без нее жизнь будет безрадостной.



https://rg.ru/2020/03/30/pavel-basinskij-shutka-umestna-vsegda-dazhe-na-vojne.html?_openstat=cmcucnU7QWNjZW50czvQnNC90LXQvdC40Y87Mg==

завтрак аристократа

С.Г.Боровиков Весёлые поминки

О кн.: Геннадий Красухин. Мрамор и глина. Из литературного календаря современных писателей



Геннадий Красухин. Мрамор и глина. Из литературного календаря современных писателей. – М.: Зебра Е, Галактика, 2020. – 664 с.


Автор так предваряет книгу: «Почти пятьдесят лет я работал в печати. Кроме того, преподавал в Литературном институте и в Московском педагогическом государственном университете. В Союз писателей был принят в начале семидесятых. Многих литераторов знал лично. О них, своих современниках, я и рассказываю в этом своеобразном календаре.

Разумеется, мои персонажи не равноценны – ни художественно, ни нравственно. Одни, возможно, достойны мраморных памятников. А на некоторых я и глины бы пожалел».

А в конце книги есть именной указатель. Не знаю, считал ли сам Красухин число своих персонажей, но я не поленился: 278! И это только писатели или авторы публикаций, а не просто упоминаемые в книге, скажем, Хрущёв или Брежнев.

Не всех писателей автор знал лично, есть в книге и Булгаков, и Эренбург, и Симонов, чьи даты пришлись на календарь, но большинство это те, с кем автор если и не дружил, так общался. Полвека в столичной литературной печати, а стало быть и тусовке, это вам не кот начхал.

Допускаю, что иной читатель, заметив, что известных литераторов Красухин независимо от их возраста часто именует Петями и Стасиками, и даже Леонид Генрихович Зорин для него – Лёня, может заподозрить моего друга в некотором фанфаронстве. Но ведь и сам он на пороге восьмидесятилетия остаётся для многих Геной, с которым я знаком с 1972 года.

Начну с замечания.

Вспоминая литературных долгожителей, Красухин подытоживает: «была огромная жизнь». Не согласен: по моему убеждению, «огромная» приложимо лишь к жизни только яркой, замечательной, а не наполненной интригами, предательствами и доносами. Считаю, что не огромную, а просто долгую жизнь прожили (иду по Указателю) М. Алексеев, С. Бабаевский, М. Бубеннов, Н. Вирта, А. Иванов, Е. Исаев, Г. Климов, В. Кочетов, Ф. Кузнецов, А. и Г. Марковы, Н. Палькин, П. Проскурин, Р. Самарин, С. Сартаков, В. Смирнов, А. Софронов, А. Сурков, В. Федоров, Ф. Чуев.

Начинается книга энергично, с ресторана ЦДЛ, где поэт Анатолий Жигулин, много плохого от советской власти претерпевший, пытается побить любимца этой власти поэта Василия Фёдорова, за то что тот «пустил сплетню, что Жигулин сидел не по антисоветской, а по уголовной статье: был якобы заурядным карманником».  Не успевает, потому что, «отодвинув Толю со словами: “Это тебе за моего друга, падла!”», друг Жигулина и тоже поэт Павлинов «ударил Фёдорова в лицо с такой силой, что тот покатился по залу и недвижно затих у чьих-то ног».

Подобных историй в книге немало, но не стоит думать, что вся она из них и состоит. А вот с юмором у Красухина всегда порядок.

Автор связан жанром календаря, отсюда и вполне нейтрально-справочные тексты к иным датам, что мне понятно, т.к. сам в 2001-2002 году заполнял аналогичную рубрику «Хронос» в журнале «Общественное мнение», которая доставляла немало забот. Готовится номер такого-то месяца, а подходящей круглой даты к нему нет, вот и изворачиваешься.

А часто Красухину удаётся из ничтожнейших фигур извлечь специфический союзписательский смысл. Поэт Игорь Ляпин находится в именном списке между Исидором Маклярским и Алексеем Лосевым, который пояснений не требует, а крупный чин НКВД Маклярский был автором сценариев культовых для своего времени фильмов «Подвиг разведчика» и «Ночной патруль». О заслугах Игоря Ляпина написал его идейный единомышленник старый литературный интриган А. Байгушев: «Ляпин – прекрасный русский человек. Он много успел сделать. Но один в поле не воин. Еврейское лобби его постоянно ело поедом, а поддержки сверху было ноль. Так мы не сумели “обрусить” еврейскую “Детскую литературу”».

Ну, и хрен бы с ним, с этим Ляпиным, которого я тоже знал – антисемит-стихоплёт, каких было много, но у Игоря была в биографии важнейшая отметина – женитьба на дочери столь же бездарного, но секретаря правления СП СССР по издательствам Сергея Сартакова. А что это тогда значило, на живом примере показывает Красухин. Когда в ЛГ по его разделу автор статьи о «Дне поэзии» с насмешкой отозвался о стишках сартаковского зятя, Чаковскому «тут же позвонил Марков и устроил скандал». И газета вмиг поместила извиняющуюся реплику.

Вот ещё славный эпизодик.

«Не знаю, забыт или нет сейчас смоленский поэт Николай Иванович Рыленков, скончавшийся 23 июня 1969 года (родился 15 февраля 1909-го). Я не о читателях говорю. Наверняка большинство из них о нём даже не слышало. В апреле 1968 года я поехал в гостиницу “Россия”, где остановился Николай Рыленков. Дело шло о какой-то его статье: что-то в ней не удовлетворило начальство “Литгазеты”, и я её сильно переписал. Теперь требовалось согласие автора, который выразил желание прочитать гранки, но сказал, что слегка простужен, приехать не может и лучше, если я приеду к нему с лекарством.

– С каким лекарством? – не понял я. Рыленков хмыкнул:

– Плачу я. Просто не хочется переплачивать: в ресторане оно стоит дороже.

Я понял.

Явился к нему с двумя бутылками водки. Но на стол поставил только одну: поэт явно уже был разогрет.

Гранки Рыленков подписал, не читая.

Не успели мы закусить очередную порцию, как в дверь по стучали.

– Это Женя, – сказал, поднимаясь со стула, Рыленков, – входи, дорогой!»

(Это был любимый автор журнала «Волга» в пору редакторства Н. Палькина критик Евгений Осетров. – С.Б.).

За выпивкой заходит речь о поэме «Василий Тёркин».

«– Очень сильная, Коля, вещь, – убеждённо ответил Осетров, – выражающая душу русского крестьянина. А что сейчас?

– А сейчас, – сказал я, – “Из лирики этих лет”. Великая книга.

– Великая? – вскричал Осетров. – На уровне “Василия Тёркина”?

– По художественной силе – на уровне, – ответил я. – Помните “Памяти матери”? А “Перевозчик-водогребщик”?

– Неплохие стихи, – согласился Осетров. – Но на них лежит отсвет нынешнего окружения Твардовского.

– Сионистского, – уточнил Рыленков.

– Да, – согласился Осетров. – Не поддайся Твардовский этим своим сионистам в “Новом мире”, ему бы и сейчас как поэту цены не было.

– Почему именно сионистам? – удивился я. – Кто именно в “Новом мире” сионисты?

– Вот так вопрос! – Осетров изумлённо развёл руками. – Да вы откройте справочник Союза писателей и проверьте имена-отчества авторов, допустим, критического раздела журнала Твардовского. Там давно уже сформировалось сионистское лобби.

– Крепкое, – подтвердил Рыленков, – сплочённое, продвигающее друг дружку! Кстати, вы недавно в “Литгазете”. Заметили, наверно, сколько там сионистов? Неудивительно, если во главе стоит Александр Борисович Чаковский. А он…

– Он не сионист, – сказал я, – он еврей».

Еврейская тема, естественно, постоянна в книге. И, как правило, даже в заигранных сюжетах вроде дискуссии о литературных псевдонимах, Красухин оригинален: «Меня всегда смешило, что Иосиф Яковлевич Сиркес взял себе псевдонимом знатную боярскую фамилию. Понятно, из чего исходят люди, когда берут себе псевдонимы: Горький, Голодный, Бедный, Приблудный. Даже Светлов и Жаров. Но Колычев – это чуть ли не объявить себя претендентом на русский трон».

Есть и о саратовских писателях.

«Густой едкий дым вранья поднимался от рассказов о себе хорошо прикормленных советской властью писателей» – так начинается рассказ о проделках Михаила Алексеева. Вспоминает Красухин, с небольшими неточностями, и историю со снятием с «Волги» Николая Палькина.

Что до Григория Коновалова, то не стоило бы столь категорически утверждать, что тот был не писателем, а только членом Союза писателей. Нет, недаром некогда сам Бабель оценил талантливость молодого Коновалова. И ещё не стоило всерьёз относиться к воспоминаниям поэта Валентина Сорокина о россказнях Коновалова про его якобы встречи со Сталиным. «Это очень любопытно, потому что нигде в Интернете я не нашёл упоминания о том, что Коновалов работал в ЦК партии. Стесняются, что ли, указать работу Коновалова в ЦК его биографы?» Но саратовцы и не такое от выпившего Григория Ивановича слыхивали, например, как отбил невесту у Михаила Андреевича Суслова…

Литературный ландшафт тех лет мне, конечно, хорошо знаком, хотя и в несравнимо меньшем объёме, чем Красухину. Не буду более останавливаться на конкретных фигурах, замечу лишь, что с некоторыми оценками автора «Мрамора и глины», скажем, поздней прозы Валентина Катаева, я не согласен, В целом же Гена так же благожелателен в своем календаре, как и в общении. Иногда чересчур. Мне не по душе его мнение о малоуважаемом мной критике Валентине Оскоцком, заметку о котором сам же Красухин начинает с убийственного примера. Оскоцкий напечатал в ЛГ рецензию, где было и такое: «– Ну как можно, – спрашивал Оскоцкий, – было приписать Лермонтову такие графоманские строчки:

Наедине с тобою, брат,

Хотел бы я побыть:

На свете мало, говорят,

Мне остаётся жить!»

Никакой перестроечный прогрессизм этого критика не может искупить его абсолютной литературной глухоты.

Ещё позволю себе задержаться на литературном сюжете, который меня, как и Красухина, давно занимает. Он относится к великой поэме Сергея Есенина «Чёрный человек». Много лет ведётся спор вокруг утвердившегося ошибочного напечатания строки «Ей на шее ноЧи маяЧить больше невмоЧь…», когда правильным утверждается не «ноЧи», а «ноГи»: «на шее ноГи», как было в первой новомирской публикации 1926 года. Красухин рассказывает о своей борьбе за публикации на эту тему В. Вдовина, негодует на тупое упорство комментаторов академического собрания поэта.

В заключение поделюсь своими размышленьями над определением жанра книги Красухина.

Сперва склонялся к излюбленному жанру знаменитого саратовского писателя Арбитмана-Гурского: путеводитель, но у меня уже была статейка о дневниках Корнея Чуковского – «Лукавый бедекер».

Затем возникло «Записки хроникера». Моё пристрастие к этому слово давнее, оно возникло из любви к «Бесам», где повествователь всё видит, всё знает, со всеми знаком, но сам в стороне, и всё же определять так моего друга – это чересчур. А поскольку его календарь то и дело оборачивается воспоминаниями, на ум пришла статья Виктора Ерофеева в ЛГ (1990) «Поминки по советской литературе». Вполне подходит книге Геннадия Красухина.



Журнал "Волга" 2020 г. № 3

https://magazines.gorky.media/volga/2020/3/vesyolye-pominki.html

завтрак аристократа

Ю.М.Поляков из книги "Желание быть русским" - 36

Начало см.  https://zotych7.livejournal.com/1687425.html и далее в архиве


Второй раздел
Битва за память



Два кризиса в одной стране



Я литератор и воспринимаю нынешний кризис как явление скорее социально-нравственного порядка. Экономисты же, комментирующие этот мировой финансовый сбой, напоминают мне порой гинекологов, взявшихся рассуждать о тайнах любви. Беда, по-моему, заключается прежде всего в глобализации гедонистического образа жизни, о чем в свое время предупреждал философ Александр Панарин. Если опустить межрекламные паузы на ТВ и суммировать вдалбливаемое, то окажется, что у человека в жизни нет никаких других проблем, кроме как: купить свежий автомобиль, навороченный мобильник, отдохнуть у моря, подобрать правильный крем после бритья и надежную гигиеническую прокладку…

А ведь бездумный гедонизм верхушки, крошками которого по нисходящей питались все остальные слои общества, погубил уже не одну цивилизацию. Не случайно механизм кризиса был запущен именно в США, самой потребляющей стране, где все, начиная с Белого дома, живут в кредит, явочным порядком взятый у остального человечества. Есть выражение «красиво жить не запретишь!». Но не исключено, что вскоре мировое сообщество будет вынуждено принять какую-нибудь хартию о запрете красивой жизни, ибо тающие ресурсы нашей планеты уже сейчас напоминают холодильник российского пенсионера. Боюсь, «конец истории» закончился, и движущей силой бурного ХХI века станет борьба за красивое выживание. Кстати, одно из значений греческого слова «кризис» – «поворот».

Конечно, в этой ситуации меня больше всего беспокоит судьба России. Во-первых, это моя страна, а во-вторых, кризис нас настиг в тот момент, когда мы, как говорится, от ворон отстали, а к павам не пристали. В самом деле, та общественно-экономическая модель, которая была навязана нам в 90-е не без помощи традиционной для отечественной истории пальбы по правительственным зданиям, по-настоящему так и не заработала. «Капитаны большого бизнеса» (сколько надежд на них возлагалось!) оказывались зачастую обычными пиратами. И не случайно по всем законам психоанализа их неудержимо влечет к обладанию яхтами, способными, судя по стоимости, нести на борту ядерное оружие. О какой социальной ответственности олигархов можно говорить, если добиться от них финансирования социально значимых проектов власть может, лишь пригрозив отобрать партбилет, сиречь контрольный пакет акций! Вероятно, я наивный человек, но мне не понятно, почему гражданин России на деньги, заработанные в нашей стране да еще не самым законным образом, строит в Турции гостиничный комплекс, по сравнению с которым Тадж-Махал – просто отельчик с двумя звездами. Да, разразился скандал… Но это потому, что застройщик оборзел, да и кризис в стране. А если бы не кризис, а если бы не оборзел? Москва так бы и жила с мягким шанкром «Черкизона» на белокаменном теле?

Есть и еще одно тревожное обстоятельство: большинство россиян, привыкнув к ценностям «сувенирной демократии», так и не приняли нового социального устройства страны и не смирились с чудовищным расслоением, не ведомым ни одной из «цивилизованных стран», на которые мы равняемся так, что аж трещат геополитические позвонки. Моисей сорок лет водил свой народ по пустыне, чтобы соплеменники забыли, как сытно жили в Египте (см. «Исход», гл. 16, ст. 1–3). Нас уже без малого двадцать лет водят по зыбучим пескам монетаризма и барханам бюджетного предпринимательства, но скудные социальные гарантии и относительное равноправие советского социума еще в памяти десятков миллионов. Что ж, осталось всего-то лет двадцать помыкаться.

Однако, чем глубже экономический кризис, тем ясней историческая память народа! И поверьте мне (ведь писатель – это социальный соглядатай): та нелюбовь, которую советские люди испытывали к партократам, – всего лишь легкое раздражение в сравнении с тем, что сегодня большинство испытывает к обитателям Рубляндии и ее филиалов по всей стране. А ТВ, как нарочно, опять взахлеб сообщает о новом российском миллиардере в списке «Форбса». Так в 30-е годы прошлого века «Правда» торжествовала по поводу пуска новой ГЭС. Кстати, второе значение греческого слова «кризис» – «исход».

И вот что мне, бестолковому, еще не понятно. Почему даже в тучные нефтяные годы мы не восстановили хоть отчасти реальную экономику? Сельское хозяйство, например? Почему кризис мы встретили фактически на тех же руинах, оставленных нам младореформаторами? Неужели все «Форбсу» досталось? Я постоянно следую совету Гоголя, а он рекомендовал собратьям по перу «проездиться по России». Вот недавно побывал в одной русской губернии. Поехали в историко-культурный заповедник, в глубинку. Дорога такая, точно по всей трассе старательно отбомбились «мессеры». Обочь пустые разрушенные коровники и свинарники – памятники советской колхозной архитектуры. Ни одной новой сельхозпостройки и единственное стадо буренок на сто километров! Налево и направо не золотые хлеба, а желтые одуванчики, море одуванчиков. Я спросил сопровождавшее лицо: «У вас теперь только одуванчики?». «Почему же? – обиделось лицо. – Сойдут одуванчики – пойдут колокольчики. Тоже очень красиво!»

Ей-богу, я не шучу! И не до шуток мне вовсе. Что-то явно не срастается в Отечестве… Если свободные фермеры, допустим, не сумели воплотить аграрные грезы комиссаров умного рынка, то кто должен этим озаботиться? Компартия Китая? Или Госдеп, который давно уже намекает на то, что русские оказались неэффективными собственниками одной седьмой части суши? Мне кажется, в нашей стране теперь два кризиса. Первый, общемировой экономический, подкрался недавно. Второй, хронический, кризис тянется давно, и называется он «государственная недостаточность». Два кризиса в одной стране – не много ли будет? Кстати, у греческого слова «кризис» есть еще и третье значение – «решение»…

«Известия», октябрь 2009 г.



http://flibustahezeous3.onion/b/572287/read#t35
завтрак аристократа

А.Сидоров На Молдаванке музыка играет - 32

Новые очерки о блатных и уличных песнях



Как купец Калашников почал хулиганить
«Аржак»




Аржак

А чья ьььэто могилка
Так пышно убрана?
А сторож отвечает:
«Могилка Аржака».
Аржак, красивый парень,
Ходил без картуза,
Считался хулиганом,
А дрался без ножа.
Аржак был парень бравый,
Любил фасон держать.
Петровские девчата
Любили с ним гулять.
И как-то поздней ночью
Аржак спешил домой,
Петровские ребята
Кричат: «Аржак, постой!»
Аржак остановился —
Петровские кругом.
«Вы бейте, чем хотите,
Но только не ножом».
Аржак схватил бутылку:
Хотел ударить ей,
Но в грудь ему вонзилось
Четырнадцать ножей.
«Извозчик, за полтину
Вези, брат, веселей —
Я кровью истекаю
От этих злых ножей».
Вот белая палата,
Больничная кровать.
И доктора в халатах
Пытались жизнь спасать.
«Спасайте — не спасайте,
Мне жизнь не дорога,
Хоть был я хулиганом,
Да дрался без ножа».
Наутро гроб дубовый,
Священник впереди.
Петровские ребята
Кричат: «Аржак, прости!»
Уж семь часов пробило,
С завода все идут.
Труп Кольки Аржакова
По улице несут.
Гроб крепкий, гроб дубовый,
Лежит наш Колька в нём.
А во дворе девчонки
Расплакались о нём.
И с той поры решили
Ребята Аржака:
«Раз Кольку порешили,
Убьём их вожака.
Устроим бой суровый,
И Рыжий Николай
Отправит их любого
Без пересадки в рай».
А чья это могилка
Так пышно убрана?
А сторож отвечает:
«Конечно, Аржака».
А сторож отвечает:
«Конечно, Аржака.
Хоть был он хулиганом,
Да дрался без ножа».



Маруся, Аржак и Чеснок



Баллада об Аржаке относится к числу ранних уголовных песен советской эпохи. Первая запись трагической истории о героическом хулигане Кольке относится к 1921 году, но возникла она ещё раньше. Исследователь низового песенного фольклора Сергей Неклюдов отмечал явную схожесть ряда сюжетных линий «Аржака» с фабулой жестокого романса «Маруся отравилась» — особенно эпизода с больницей и похоронами. Вот запись 1912 года:

Вечер вечереет.
Наборщицы идут.
Маруся отравилась,
В больницу повезут.
В больницу привозили
И клали на кровать,
Два доктора, сестрицы
Старались жизнь спасать…
Спасайте не спасайте —
Мне жизнь не дорога.
Я милого любила —
Такого подлеца.

В другом варианте «друг любезный», ставший причиной смерти Маруси, просит у неё прощения (так же, как убийцы Аржака):

Вечер вечереет,
Все с фабрики идут,
А бедную Марусю
На кладбище везут.
Белый гроб и дроги,
Священник впереди,
А сзади бежит милый,
Кричит: «Маня, прости!»

В этой же версии встречается и беседа со сторожем у могилки:

И розы расцветают,
И памятник стоит,
И сторож отвечает:
«Маруся здесь лежит».

Налицо явная связь песен, хотя гибнут герой и героиня по-разному. Впрочем, позднее, уже в годы нэпа, появились пародии на «Марусю» (в частности, «Серёга-пролетарий»), где она «в грудь себе вонзает шашнадцать столовых ножей». Однако этот мотив уже заимствован из «Аржака» (в грудь которого вонзилось от «нескольких» до «четырнадцати» ножей) и, возможно, под впечатлением популярного дореволюционного городского романса:

Пойду в аптеку, куплю яду,
Аптека яду не даёт.
Такая славная девчонка
Из-за парнишки пропадёт.
И побежала я на кухню,
Схватила ножик со стола.
И в белу грудь себе вонзила,
И вот такая я была.

Сергей Неклюдов пишет: «Самая ранняя фиксация текста (в песеннике) под названием “Маруся отравилась, в больницу повезли” относится к 1912 г., причём в качестве автора музыки указывается композитор, пианист и дирижер, концертмейстер ресторана “Яр” Я. Ф. Пригожий… Эта версия неоднократно перепечатывается в песенниках и на нотных листах (1915,1918 и др.), а иногда встречающийся подзаголовок “Новая саратовская народная песня” позволяет предположить, что существовал какой-то прототекст романса. Есть основания думать, что именно данная версия стала исходной для других разработок данного сюжета, хотя грампластинки с записями этих сюжетных версий начинают появляться ещё до издания песенника 1912 г. Так, романс под заглавием “Маруся умерла” в исполнении Н. В. Дулькевич и опять-таки с указанием на авторство Я. Ф. Пригожего был записан на пластинку в 1911 г. петербургской фирмой “Сирена Рекорд”. По другим сведениям, пластинка существовала даже в 1910 г., причем речь идёт ещё об одной сюжетной переработке, которая называлась “Маруся отравилась (Житейская трагедия)” или “Обманул Алёша бедную Марусю”; относительно данного текста в недатированном нотном издании сказано: слова Д. А. Богемского, музыка Г. З. Рутенберга, репертуар М. А. Эмской».

Романс быстро приобрёл широкую известность, вошёл в репертуар популярных певцов. Актёр Михаил Жаров в мемуарах «Жизнь. Театр. Кино» вспоминал, что этот жестокий романс был главным номером московских шарманщиков. Песня оставалась уличным шлягером и в 20-е годы прошлого века.

Что касается музыки, и «Маруся», и «Аржак» положены на мелодию известного городского романса «Разлука ты, разлука, чужая сторона» или, если угодно, «На Муромской дороженьке стояли три сосны». Есть ещё один возможный вариант заимствования — народная разбойничья песня «Среди лесов дремучих». Так что музыкальное авторство Пригожего или Рутенберга является более чем сомнительным.

Однако перейдём к «Аржаку». Здесь нас ждёт первое открытие. Оказывается, «Аржак» — это не единственное, а главное, не первое прозвище хулигана Кольки! В наиболее раннем из дошедших до нас рукописных текстов (Омск, 1921) Аржака называют Чесноком, а расправу недруги творят не только над ним, но и над его подельником Ромашкой (кстати, в «омском» варианте впервые упоминаются и «васинские парни», к которым мы еще вернемся). А в сборнике Майкла и Лидии Джекобсон «Песенный фольклор ГУЛАГа как исторический источник. 1917–1939» главным героем баллады выступает уже Аржак, но Ромашка тоже присутствует — однако в облике девушки:

Аржак тогда воскликнул:
«Ромашка, помоги!»
Ромашка отвечала:
«Два ножика в груди».

Там же приводится вариант куплета, где прямо говорится:

Я дрался за девчонку,
Я дрался без ножа.

Наконец, писатель Вадим Шефнер в повести «Имя для птицы, или Чаепитие на жёлтой веранде» объединяет Чеснока и Ромашку в одно лицо, называя местом рождения баллады Петроград:

«Частенько пели ребята привезённую из Петрограда песню о Ромашке Чесноке; дело в ней происходило на родном моем Васильевском острове. Ромашка Чеснок, предводитель гаванской шпаны, попал в засаду, устроенную васинской шпаной:

Вот вечер наступает,
Чеснок идет домой,
А васинские парни
Кричат: — Чеснок, постой!
Чеснок остановился,
Все васинцы кругом…
— Деритесь чем хотите,
Но только не ножом!»

С распространением песни сообразно региону стали меняться и обозначения убийц главного героя: петровские, грузинские, орошенские, ростовские ребята, ольховские мальчишки…

Интересно отметить, что прозвище «Чеснок» сохранилось даже в послевоенный период. Возможно, песня повлияла и на блатной жаргон. Ведь нередко в 40-е годы прошлого века «честных воров» называли не только «честняками», но и «чесноками». А выражение «честно», «по-честному» звучало как «по чесноку» (так нередко говорят и до сих пор). С более ранним использованием этих терминов мне встречаться не приходилось.

Однако в конце концов Аржак вытеснил Чеснока.



Из Якутии — в Питер



Но что скрывается за прозвищем «Аржак»? Это остаётся загадкой. Следует признать несерьёзной этимологию, предложенную Джекобсонами — от «аржануха», что значит ржаной хлеб. Какое отношение может иметь ржаной хлеб к Кольке-хулигану, непонятно. Так же нелепо выводить прозвище Аржак от армянского имени Аршак на том основании, что в одной из версий текста встречаются «грузинские ребята». Не исключено, что грузинских ребят и включили в один из вариантов именно по «национальному признаку», чтобы противопоставить «армянскому парню», однако это лишь частный случай переделки песни.

Вспомним, что обличитель Синявского и Даниэля Юрий Феофанов в известинской статье 1966 года «Тут царит закон» писал: «Утверждают, что слово “аржак” на смоленском говоре некогда означало “бандит”». Нам не удалось найти подтверждения такой этимологии, но версия любопытна.

Симпатичен и вариант с происхождением Аржака от французского «аржан» (argent) — деньги (точнее, серебряные монеты). Тем более словечко использовалось долгое время в блатном жаргоне, который перенял его из жаргона городского. Так, в словаре Михельсона «Меткие слова и выражения», вышедшем в 90-е годы XIX века, есть статья с иллюстративной цитатой из Григория Данилевского: «аржан — деньги. Ср. Иной раз (исправник) продуется офицерам в карты и прямо уж нам скажет: эйн вениг аржанчика, братцы бурлаки; это значит, деньжат дай ему малую толику. Данилевский». И до сих пор в уголовном мире бытует прозвище «Аржан». Однако авторы баллады почему-то используют не его, а именно Аржака. Случайно? Вряд ли.

На наш взгляд, речь может идти о конкретном уголовном деле, связанном с убийством человека по фамилии Аржаков. А уже производным являлось прозвище «Аржак». Усекновение окончания — распространённый способ образования прозвищ, «погонял», «погремух». Примаков — Примак, Леваков — Левак и так далее. Подтверждением догадки служит прямое упоминание в одном из текстов песни фамилии убитого хулигана: «Труп Кольки Аржакова на кладбище несут». Возможно, со временем удастся докопаться и до уголовного дела, отражённого в песне. При этом следует заметить, что дело если и существовало, то появилось уже после создания песни (поскольку первоначально речь шла о Чесноке) и лишь затем повлияло на изменение имени героя.

Что касается фамилии Аржаков, в России она встречается довольно редко и корнями уходит в северо-восточный и восточный регионы страны. Эта фамилия распространена, например, в Республике Саха, среди якутов. Причём с давних пор: впервые Алексей, или Сэсэн, Аржаков (1739–1834) упоминается в XVIII веке. Будучи головой Борогонского улуса, он подготовил на имя Екатерины II «План о якутах с показанием казенной пользы и выгоднейших положениев для них» и представил его императрице на приёме в 1789 году. Род Аржаковых известен в Якутии и сегодня.

С другой стороны, в форме Оржак и Ооржак фамилия встречается в Республике Тува. Имя Аржа мы найдём в бурятском эпосе, где один из героев — Аржа Боржи-хан… Возможно, все эти имена и фамилии объединяет какой-то единый корень.

Есть Аржаковы и в других регионах России, хотя попадаются они нечасто. Как сообщает доктор филологических наук А. Суперанская на сайте, посвящённом происхождению фамилий, в Москве сегодня живут шесть семей Аржаковых. Немного, но всё же…

Так что род Кольки Аржакова с его гибелью не прервался.



http://flibustahezeous3.onion/b/564328/read#t56