zotych7 (zotych7) wrote,
zotych7
zotych7

Category:

В. Нордвик Историк Ольга Эдельман: Между Робеспьером и Лениным - пропасть! 1 ноября 2016 г.

Кандидат исторических наук, ведущий специалист Государственного архива Российской Федерации - о живых исторических личностях и безжизненных мифах



В.И. Ленин с группой командиров обходит строй войск Всеобуча. 25 мая 1919 года. Фото: Н. Смирнов/РИА Новости
В.И. Ленин с группой командиров обходит строй войск Всеобуча. 25 мая 1919 года. Фото: Н. Смирнов/РИА Новости

Романовы против Ульянова

- Дело Ленина живет и побеждает, Ольга Валериановна?

- Перед тем, как отвечать, давайте сначала попробуем разобраться, что же подразумевать под его делом. А это не так просто, как может показаться. Наверное, заметили, что в нашей стране уже долгое время не появляется серьезных научных исследований о Ленине и РСДРП?

- В OZON.ru, крупнейшем книжном интернет-магазине, полное собрание сочинений вождя можно купить без всяких проблем. Скажем, за пятьдесят пять томов (плюс два дополнительных, видимо, в качестве бонуса) 1971 года издания просят десять тысяч пятьсот рублей. Менее двух сотенных за том. Считайте, даром отдают.

- Вот видите: ажиотажного спроса на произведения классика не заметно... Впрочем, мы говорим сейчас не о том, что вышло из-под пера Ленина, а об осмыслении сделанного им, о следе, который он оставил в истории. В СССР существовала мощная историко-партийная литература, над изучением этой темы работало огромное количество людей, писались диссертации, издавались монографии. Как ни парадоксально, все закончилось с падением Советского Союза.

Казалось бы, специалисты прекрасно знали, что партийная история во многом сфальсифицирована и идеологически выверена. Имевшие дело с первоисточниками исследователи в кулуарах и на кухонных посиделках рассказывали, как все обстояло в действительности. С курсом на гласность и открытость, который был провозглашен с высоких трибун в 1985 году, вроде бы появилась возможность говорить обо всем прямо и без оглядки, но подобного не произошло. Пересмотра отношения к Ленину и деяниям большевиков, по сути, не случилось.

- Почему?

- Тому виной комплекс причин. Далеко не все историки занимались изучением наследия Ленина и его сподвижников, что называется, по зову сердца. Для кого-то это была поденщина, отработка востребованных при советской власти тем, кем-то двигали откровенно конъюнктурные цели, поскольку на этой проблематике проще и быстрее строилась карьера...

В какой-то момент все заметно утомились от истории КПСС в целом и событий 1917 года, в частности. Когда стали доступны прежде закрытые архивы, профессиональные исследователи с воодушевлением переключились на "белые пятна", а фактически на мало изученные области из прошлого. Скажем, в советское время никто не мог писать о внутренней политике царизма. Да и сюжеты по внешнеполитическому курсу Российской империи после освобождения от идеологического диктата потребовали переосмысления. Строго говоря, все, что лежало за пределами историко-революционных сюжетов, надолго выпало из зоны внимания: корни российской благотворительности, купечества и земства, личности и жизнь царей... Перечислять можно долго.

Словом, специалисты, которых, в действительности, не так уж и много, с радостью сосредоточились на истории семьи Романовых и Российской империи. Кроме того, о советском периоде тоже стали говорить и писать по-новому. Я уже работала в архиве и видела, какой вал документов вдруг оказался в свободном доступе. Тысячи и тысячи единиц хранения! Историки, занятые двадцатым веком, ринулись изучать такие громадные темы, как коллективизация, индустриализация, политический террор, внутрипартийная борьба за власть, разнообразные аспекты событий 30-40-х годов, казавшихся наиболее актуальными, базовыми. Вернулись из забытья имена Каменева, Зиновьева, Бухарина, Троцкого... И, конечно, возникла сильная потребность в новом взгляде на Великую Отечественную войну.

Вот и получилось, что Ленин остался в стороне, к нему утратили интерес. Нашлось более актуальное.

В. И. Ленин открывает мемориальную доску на стене Кремля в память павших за мир и братство народов. 1918 год. / РИА Новости
В. И. Ленин открывает мемориальную доску на стене Кремля в память павших за мир и братство народов. 1918 год. Фото: РИА Новости


Плохой хороший человек

- Может, это и хорошо?

- Ну, как сказать... Наверное, и в кривое зеркало можно смотреться, только вряд ли отражение будет правильным. Объективную оценку прошлому дать необходимо. Между тем, в разговорах о Ленине и РСДРП приходится апеллировать к изданиям 30-40-х годов прошлого века. Мне, например, понадобилось вникнуть в кавказские дела, относящиеся к дореволюционному периоду жизни Сталина, и в качестве литературы я вынуждена ссылаться, извините, на доклад Берии "К истории партийных организаций Закавказья". После Лаврентия Павловича на эту тему писали очень мало.

- Полагаете, если копнуть поглубже, нас ждут серьезные открытия?

- Не исключено, но никто наверняка не знает, поскольку давно не копает! Я - одна из немногих, кто хоть как-то занимается сегодня историей РСДРП, поскольку изучаю биографию Сталина до 1917 года. Коллеги разрабатывают другие темы, к которым прежде не прикасались. Так, появились прекрасные исследования о меньшевиках. А большевики остаются сейчас бесхозными. Вот что удивительно! Научной ревизии фигуры Ленина на разных исторических этапах до сих пор не случилось. И вряд ли это произойдет в обозримом будущем, поскольку на изучение понадобится много времени. Его наследие огромно! Вы уже упоминали про 55 томов собрания сочинений, и это лишь вершина айсберга.

- А как вы относитесь к творчеству Дмитрия Волкогонова, получившего в 90-е годы Госпремию за трилогию о Ленине, Сталине и Троцком?

- Дмитрий Антонович называл свои книги политическими портретами. Скорее, это публицистические произведения с элементами документальной литературы, чем научные работы. В схожем ключе работали Рой Медведев, Эдвард Радзинский, другие авторы. Историки не имеют права на интерпретации и вольное обращение с фактами. Писателям это позволительно.

На самом деле, надо, опираясь на документы, переосмысливать все заново. Сегодня ни у кого нет на это сил, хотя, не исключаю, какие-то исследователи уже приступили к решению задачи или собираются этим заняться.

- Пока же все вылилось в стеб в стиле Сергея Курехина, рассуждавшего на тему, не гриб ли вождь мирового пролетариата, да в псевдоисторическую литературу вроде творения Орса-Койдановской "Интимная жизнь Ленина"?

- Так и есть. Вне зависимости от личного отношения к Ленину, бесспорно, что и сегодня он - заметная медийная персона. Но плохо изученная. В итоге мы обсуждаем не историческую реальность, связанную с конкретным человеком и плодами его деятельности, а набор борющихся друг с другом мифов. Кто-то говорит, что Ленин плохой, в ответ несутся возражения, мол, он хороший. Но эти оценки не подкреплены серьезными знаниями. Увы...

В.В. Сурьянинов. Строить жизнь по Ленину. 1978 год.
В.В. Сурьянинов. Строить жизнь по Ленину. 1978 год.


Моноидея вождя

- А на ваш взгляд, дорогой Владимир Ильич какой? Плохой или хороший?

- Безусловно, Ленин в значительной мере определил лицо ХХ века. Его не вычеркнуть из мировой истории. Хотя... лично мне он не симпатичен.

- Почему?

- Повторю, я не занимаюсь предметно именно Лениным, но, так или иначе сталкиваясь с его словами и делами, каждый раз убеждаюсь: это был на редкость не обаятельный человек. Вернее, он обладал весьма своеобразной харизмой, которая, подозреваю, производила благоприятное впечатление на ленинских сторонников, но не вызывала положительных эмоций у нейтральных наблюдателей.

- В чем же заключалась ленинская специфика?

- Прошу отнестись к тому, что собираюсь сказать, как к частным оценкам, а не выводам исследователя. Думаю, Ленин был в некотором смысле человеком моноидеи. Мы знаем, что его оставляло равнодушным все, относившееся к сибаритскому, житейскому ряду. Он был абсолютно антиэстетичен и не требователен в быту. Всегда простецки одевался, питался без изысков, не претендовал на хоромы или царские палаты. Но это вообще характерно для круга профессиональных революционеров. Как правило, их отличало личное бескорыстие. При этом Ленин в роли вождя большевиков всегда ухитрялся добывать деньги для своей фракции, делал это цепко, жестко, цинично.

Сужу об этом по книге Бориса Николаевского, который начинал как большевик, но уже в 1906 году перешел к меньшевикам, много лет собирал материалы по политической истории России. Борис Иванович подробно проанализировал ленинское поведение в дореволюционные годы и считал, что немалая часть внутрипартийных расколов была связана исключительно с желанием Ленина завладеть кассой РСДРП. Но еще раз подчеркну: он не роскошествовал, не позволял себе золотых рукомойников. Максимум житейских радостей - одну-единственную кружечку пива с товарищами по партии где-нибудь в Цюрихе.

В то же время от чтения даже ранних ленинских работ остается негативное послевкусие. Человек был словно заряжен на ненависть и разрушение, но не на созидание. Очевидно, что Ленину сильно не нравился царизм, однако при попытке понять, кого же он любит, кому сочувствует и симпатизирует, быстро заходишь в тупик. Ответа нет.

- Может, это тоже общая черта пламенных революционеров? Как говорится, "до основанья, а затем..."

- Знаете, тут все не столь линейно. Под знаменами борьбы с царским режимом собралась совсем не однородная публика. С разным происхождением, воспитанием, образованием, эстетикой и нравственными ценностями. Их роднила причастность к профессиональному революционному движению. Скажем, Красин был вполне успешным инженером, а Троцкий много читал художественной литературы и этим выгодно отличался, был гораздо тоньше Ленина, чьи рассуждения о прекрасном весьма примитивны. Недавно я вслух цитировала своим домашним литературно-критические работы Льва Давидовича. Они блистательны! Меткие, остроумные, едкие, даже ехидные... Хороший язык, чувство слога и стиля. От Владимира Ильича подобных экзерсисов ждать не приходилось. Он был сосредоточен на борьбе с царизмом и старался не отвлекаться ни на что постороннее. Ради достижения цели любые средства хороши. Отсюда - расчет, цинизм, безжалостность, готовность при необходимости с обескураживающей легкостью менять одну позицию на противоположную. Наверное, это и предопределило его успешность в политике.

Александр Моравов. В.И. Ленин на охоте. 1958 год. / РИА Новости
Александр Моравов. В.И. Ленин на охоте. 1958 год. Фото: РИА Новости


Манипуляция со Сталиным

- А у вас, Ольга Валериановна, есть объяснение, почему сегодня Ленина как бы задвинули на второй план, зато в спорах о прошлом на авансцену вышел Сталин?

- Полагаю, тут произошло парадоксальное скрещение разных линий - общественных, исторических, публицистических и даже конъюнктурных. С одной стороны, к концу советской власти мы подошли с четким пониманием, что в истории СССР существовали потайные страницы. Первыми об этом смогли написать свободные от партийной цензуры западные советологи и историки. В годы "холодной войны" сложилась яркая плеяда исследователей нашей страны, у которых особый интерес вызывала именно фигура Сталина. Он долго возглавлял советское государство, был причастен к узловым событиям и решениям. В этом смысле Ленин утратил актуальность. Как, скажем, Первую мировую войну напрочь заслонила Вторая.

Параллельно идет линия, начатая ХХ съездом КПСС. По сути, разоблачение культа личности вождя - весьма сложный маневр. Партии в целом, ее верхушке в лице ЦК, персонально Хрущеву нужно было, не разрушая существовавшую идеологию, не подвергая опасности самих себя и - автоматически - советскую власть, дистанцироваться от преступлений режима. Удобнее всего оказалось переложить вину за репрессии 30-40-х годов лично на Сталина и часть его окружения. Якобы это они - враги, перевравшие святое ленинское учение и нарушившие нормы партийной жизни, а остальные как бы ни при чем. Главная задача заключалась в том, чтобы не подставить под удар КПСС, сохранить Ленина как знамя. И ХХ съезд блестяще справился с ролью.

Конечно, это ловкая манипуляция. Сталин плоть от плоти партии, без нее он никогда не состоялся бы. Семинарист-недоучка, сын грузинского сапожника, то ли сильно, то ли умеренно пившего... Какие перспективы его ждали? РСДРП создала Сталина, он обязан ей всем - карьерой, ростом, возвеличиванием. Когда начинаешь вникать в детали биографии молодого Иосифа Джугашвили, понимаешь, что в морально-нравственном плане он ничем не отличался от сподвижников. За исключением единственного: на фоне остальных Сталин был чуть более дельным.

- Деятельным?

- Деловым, обязательным, исполнительным, скажем так. Что и позволило ему переиграть в борьбе за власть сотоварищей. Еще раз повторю: революционное движение объединило очень разных людей. Да, там были и интеллигенты с высшим университетским образованием, публицисты, адвокаты. Они составляли рафинированную партийную верхушку, своего рода элиту, которая подолгу жила в эмиграции и вела теоретические споры о судьбах России. Рядовой состав партийцев был совсем иным. Как и в любом другом подполье. Туда прибилось немало людей, не сумевших найти себя в нормальной, легальной жизни. Многие из них попросту не могли ничего делать, не обладали профессией, были, в конце концов, банальными разгильдяями. Подполье оказалось для них удобной нишей, способом самореализации.

Повторю, максимум, который светил тому же Сталину, - место сельского учителя или приходского священника где-нибудь в горах Грузии. А партийное движение позволило ему выделиться, стать заметной фигурой. Он начинал с того, что вел агитацию среди рабочих и на их фоне, конечно, казался умным и всё знающим. Этот параллельный мир позволил ему подняться над толпой и сделать карьеру. Сталин, как и многие его сотоварищи, превратил революцию в профессию.

Безусловно, он был человеком организованным и целеустремленным. В отличие от большинства партийцев, которые оказывались не в состоянии справиться с элементарными задачами, он старался доводить порученное дело до конца, и это помогло ему быстро продвинуться по карьерной лестнице. Мне кажется, Ленин заметил Сталина и начал его по-особенному привечать в момент, когда у большевиков возникли проблемы с выпуском газеты "Правда". До того деньги, выделенные на печать, исчезали в неизвестном направлении, а партийный орган так и не начинал выходить. Ленин из эмиграции бомбардировал редакцию истерическими и отчаянными письмами, но это не приводило к результату. Тогда Ленин поручил дело Сталину и Свердлову. Выпуск "Правды" вскоре "волшебным образом" наладился...

Словом, надо понимать реалии того времени, а мы, благодаря советской историографии, продолжаем жить идеализированными представлениями. Дескать, какие они были пламенные революционеры и стойкие борцы. Действительность намного прозаичнее, не столь красива и романтична.

Аркадий Рылов. В.И. Ленин уходит в эмиграцию. Декабрь 1907 года. 1937 год. / РИА Новости
Аркадий Рылов. В.И. Ленин уходит в эмиграцию. Декабрь 1907 года. 1937 год. Фото: РИА Новости


Память наших дедушек

- Эта легенда оказалась выгодна всем.

- Разумеется! Старые большевики сами активно участвовали в ее создании. В рамках сочиненного образа даже кровавые репрессии можно было попробовать списать на идейный фанатизм. Такие попытки предпринимались. Хотя из того, что мы знаем сегодня, можно сделать однозначный вывод: как правило, фанатизм тут ни при чем, зачастую всё куда пошлее и непригляднее. Речь шла об абсолютном равнодушии к чужой жизни, неумеренной жестокости, желании не только уничтожить врагов, но и свести счеты с конкурентами, поиметь свой гешефт, продвинуться наверх.

В условиях повышенной социальной турбулентности выживают не самые лучшие и достойные, а наиболее хитрые, ловкие и подлые.

Всего этого в официальной партийной истории вы, конечно, не найдете, вместо этого нам предлагали легенду с алыми бантами и кумачовыми стягами.

- Но рукописи ведь не горят, как мы знаем. Значит, истину не утаишь?

- Осталось немало источников, относящихся к дореволюционному периоду РСДРП. Политическая полиция при царском режиме работала хорошо, но, как ни крути, она смотрела на революционеров под определенным углом зрения и не могла знать всего. Есть партийная публицистика и протоколы съездов, которые надо перечитать заново, что называется, свежим взглядом. Плюс огромный мемуарный пласт, хотя он цензурировался и создавался в рамках утвержденной легенды.

Но, знаете, проблема даже шире, чем кажется на первый взгляд. Чтобы пересмотреть партийную историю, надо строго ревизовать не только наши представления о Ленине или Сталине, но и о большевиках в целом. А с этим сложности.

Когда сегодня призывают публично покаяться за грехи советского прошлого, я прошу об одном: только, пожалуйста, давайте без горячки. Вопрос чрезвычайно тонкий и деликатный. Ведь у многих из тех, кого относят к творческой и политической элите современной России, в роду есть дедушка - старый большевик. Успешные и состоявшиеся в жизни люди, в том числе, носители демократических и либеральных идей, с теплотой рассказывают, как деды растили и воспитывали их, вспоминают, каким подспорьем во времена тотального дефицита служили продовольственные пайки из спецраспределителя.

Это не хорошо и не плохо, это факт биографии. Речь о другом. В этих рассказах убеждение, что советская власть была ужасной, переплетается с тем, что дедушка оставался замечательным душкой. И, конечно, он не имел никакого отношения ни к раскулачиваниям, ни к репрессиям. Боже упаси, ни-ни! Этим занимались другие дедушки, чужие.

Я плохо понимаю, как подобная избирательность в оценках соотносится с призывами немедленно покончить с наследием кровавого прошлого. По идее, начинать надо с себя и отрекаться от собственных предков, раз уж они творили революцию. Но мы ведь не хотим, чтобы вся страна поголовно превращалась в "павликов морозовых", правда? Такое было в нашей истории, и возвращаться в то прошлое нет никакого желания.

Думаю, в результате трудного двадцатого века мы пришли к некому консенсусу, что человеческие связи важнее общественно-политической принципиальности. Тогда тема покаяния становится еще запутаннее. Тут нет простых решений.

Мечислав Косыцельня. Ленин и Крупская на прогулке в Поронине. 1963 год. / РИА Новости
Мечислав Косыцельня. Ленин и Крупская на прогулке в Поронине. 1963 год. Фото: РИА Новости

- Про старых большевиков вы говорите абстрактно или подразумеваете и собственную семью, Ольга Валериановна?

- У нас в роду есть репрессированные, но они не состояли в коммунистической партии. Мой прадед был деятелем потребкооперации и в 38м получил десять лет без права переписки. Иными словами, его расстреляли, но семье долгое время ничего не сообщали. Прабабушке, учительнице, дали срок, она отсидела в ГУЛАГе, потом вышла, вернулась к дочерям. Это происходило в Сибири, в Красноярске. В общем-то, стандартная история, похожих в нашей стране миллионы...

Но, знаете, хочу особо подчеркнуть, что я противник любой войны с прошлым. Это бессмысленное и даже вредное занятие. Посмотрите на карту Парижа: Аустерлицкий виадук находится неподалеку от моста Александра Третьего, и французов подобное соседство нисколько не смущает. Страницы истории всегда надо помнить. И примирению с прошлым тоже надо учиться. Это непростой урок.

- Полагаете, и мавзолей не нужно трогать?

- Сложно судить. Не готова утверждать, будто наша жизнь не наладится, пока тело Ленина не будет предано земле. С другой стороны, у меня не вызывает восторга сознание, что в центре столицы европейской державы лежит непогребенный прах.

- А в магию цифр вы верите? Чем ближе столетие событий 1917-го, тем больше желающих проводить исторические параллели с днем сегодняшним. Вы видите для этого основания?

- Никаких. Круглая дата - повод оглянуться,

попытаться переосмыслить случившееся, но искусственно накладывать ту матрицу на настоящее - пустое занятие. Все изменилось - мир, общество, люди.

Аллюзии, сравнения с 17-м годом притянуты за уши. Да, те или иные нюансы могут повторяться, однако это не повод для широких обобщений. Профессионалы воспринимают историю через архивные документы и видят: даже при порой кажущемся сходстве ситуации абсолютно разные.

Скажем, много раз искали общее в событиях 1917 года и Великой французской революции. Но сколько ни сравнивай Ленина с Робеспьером, между ними пропасть. И Сталин - не Наполеон, хотя типологически они вроде бы находятся в чем-то схожих нишах. Один - вчерашний революционер, хитростью захвативший власть в партии и стране, второй - постреволюционный диктатор, пытающийся заново ваять империю... На этом совпадения заканчиваются, зато различия остаются, и они, согласитесь, колоссальные.

В.И. Ленин и И.В. Сталин в Разливе.
В.И. Ленин и И.В. Сталин в Разливе.


Культ без личности

- Тем не менее, что, по-вашему, стоит сделать в преддверии грядущего юбилея?

- На мой взгляд, это хороший шанс уйти от непрерывной гражданской войны и внутренней склоки по абстрактным поводам. С другой стороны, какие-то тезисы следует проговорить, разобраться в них до конца, избавиться от определенных иллюзий. Но я не стала бы жестко требовать, чтобы все определились в отношении к событиям февраля и - особенно - октября 1917 года. Слишком объемный период, и для его оценок надо обладать достаточным массивом знаний, которого нет у большинства наших соотечественников.

- Надо еще понять, есть ли у общества запрос на анализ того периода, желание разобраться в нем.

- Тоже правда. Все слишком погружены в повседневные житейские проблемы, чтобы отвлекаться на нечто отдаленное и потому несколько абстрактное. Но и не надо ждать от людей глубокой вовлеченности в процесс, это вопрос в первую очередь к специалистам. Здесь ведь тоже не все однозначно. Слышали, наверное: в западной науке сейчас популярно направление, занимающееся исследованием исторической памяти. Есть серьезные работы. Скажем, о культе Жанны д Арк, который не сразу появился и не всегда был актуален.

Да, в мире есть цивилизации, принципиально не пишущие свою историю и не считающие это сколько-нибудь важным, но мы - все же люди западной культуры, и для нас память о прошлом значима. Поэтому от вопросов об отношении к фигуре Ленина тоже не уйти.

Удивительно, но идеализировать его образ начали почти сразу после смерти. Недавно я перечитывала изданный в 1925 году сборник мемуаров о Владимире Ильиче. Под одной обложкой объединены воспоминания нескольких десятков видных партийных деятелей, которые подробно описывают основные этапы жизни Ленина. В итоге создается цельный и завершенный портрет вождя мирового пролетариата, каждый рассказ оказывается к месту и дополняет картину. Для меня остается загадкой, как удалось добиться подобного результата. Словно под копирку писали, хотя ясно, что никто не проводил партийных съездов, где в закрытом режиме обсуждалось бы, какими словами следует рассказывать о Ленине. Тем не менее все говорили примерно в одной стилистике, даже со схожими сравнениями и штампами. Про добродушную хитринку в глазах, про умение выслушать любого собеседника и понять его проблемы... Поразительно!

Вот и нарисовали нечто вроде иконы, хотя совершенно ясно: Ленин в действительности был не таким.

Кстати, с образом Сталина подобного эффекта добиться не удалось ни мемуаристам, ни тогдашним партийным историкам. Даже не получилось устранить множество мелких фактических разногласий, что не позволило создать законченной и непротиворечивой версии биографии вождя народов. Думаю, среди прочего и поэтому тогда, в сталинское время, решено было ограничиться "Краткой биографией". А сам Иосиф Виссарионович не очень-то приветствовал экскурсы в свое прошлое.

В принципе, выпавшим страницам из жизни Сталина можно найти объяснение. В революционной среде он долгое время никого особенно не интересовал, за фактами его жизни пристально не следили - не та фигура. Кто его знал молодым? Сподвижники, в основной своей массе готовые рассказать "так, как надо", в согласии с официальной версией истории, да грузинские меньшевики - эмигранты, задним числом сводившие счеты с советской властью. О Сталине всерьез начали писать, когда он оказался уже в Кремле. И делали это либо враги, либо сторонники. Шла открытая война версий с полярными оценками, зависевшими от отношения автора к герою. Отсюда и примитивные страсти, которые бурлили вокруг этой фигуры и продолжают бурлить до сих пор.

Полностью - 

https://rg.ru/2016/10/31/rodina-lenin-i-mif.html


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments