Category: авто

Category was added automatically. Read all entries about "авто".

завтрак аристократа

Асар Эппель Из жизни инфузорий

Времена тогда были не нынешние, плохие слова в смешанных компаниях не употреблялись, поскромнее бывали анекдоты, так что, когда на беседочном винопитии один из собравшихся, захмелев, горестно пропел: «Лесопилка стоит в яме, огорожена…», всем стало неловко и возникла необходимость завершать веселое сидение. Певец умолк, затих и задумался о своей теперь погубленной репутации.

Человек он был вообще незначительный и будет восстанавливать себе цену путем навязчивого приохочивания всех и каждого к нырянию с открытыми глазами, которому сам безраздельно привержен.

Бухта, между тем, по ночам изредка ворочалась, но, как правило, отдыхала. Правда, у берега вода все же плескалась, а звезды, если выходили на небеса, падать в воду избегали, хотя некоторые всё же срывались. Беззвучно мелькали у фонарей летучие мыши. Обнаруживала чьи-то шаги галька. Вероятно это были шаги существ, уходивших с суши в воду. Земноводные эти особи были человеческими. Они радовались древнему ощущению теплого воздуха и прохладной воды, а некоторые из них, соединясь по двое, устремлялись в воду спариваться, как давние их предтечи. Те же, кому совершать телесные игры не сложилось, просто вступали в море поощущать приятное, а вода, не натыкаясь на купальные одежды, радовалась возможности омыть их потайные места.

В ночной воде качались недолгие свечения, и о них говорили, что это инфузории.

Морю было на роду написано сотворять новых обитателей — прежние ему давно наскучили, и перед восходом оно распластывалось новыми и новыми волнами, плоскими и мелкими, полагая, что волны эти, уползая с берега, уволокут с собой какие-нибудь зазевавшиеся организмы, которые возможно будет претворить в новых протоземноводных.

Утренняя вода бухты была стеклянного цвета, а на вдольтропиночных косогорах росла солоноватая от морской близости ежевика. У автомобильных дорог она оказывалась запыленная, а по склонам — опрятная. Собирать ее из-за колючих веточек было затруднительно.

В заветное это место съезжалась после окончания сезона актерская публика — усталые лицедеи и плясуньи. Некие супруги, к примеру, добирались из Ленинграда на велосипеде с коляской и моторчиком. Они, как и прочие театральные люди, после сезона восстанавливали силы. Ели мацони и горький здешний мед, мыли фрукты, вставали на заре, умеренно пили вино, на чачу расходовались не очень, хотя мужчине и хотелось. Кавказские озорники прокалывали им шины. Назад они, разобрав велосипед, уезжали поездом.

Но это произойдет к концу нашего повествования.

Отдыхала сказанная публика самозабвенно. Танцовщики наедались впрок и даже поедали сливочное масло, чтобы скопить силы для воздымания балерин. Танцовщицы же смазывались кремами для загара и от загара, обкладывали свои милые личики огуречными кружками, подправляли педикюр на рабочих пальцах и весьма осмотрительно вовлекались в курортные романы.

Одна из них, ленинградская солистка, более прочих чувственная и, обуреваемая женским своим началом, каждый день в рискованном одеянии совершала в курортной беседке экзерсис, вставляя в него чуждые тогдашнему классическому танцу смелые телодвижения. На это зрелище сходилась отдыхавшая тоже в тех местах простонародная курортная чернь, и эти особи бессмысленной жизни пялились на артистку, хотя многих не устраивала ее профессиональная худоба, отсутствие свойственных женщинам толстых ног и совершенно нешевелящийся бюст.

Несмотря на это ходившие к беседке все же переживали необходимое волнение плоти, хотя потрогать танцующую женщину, как это заведено, если ты в отпуске, не очень-то и хотелось, но прикоснуться отчего же? — хотелось безусловно.

Танцевавшая же вела себя наперекор всему сладострастно и, по отзывам ее церемонных коллег, непозволительно.

Наша необширная компания, которая с этого места начинает действовать в повествовании, приехала после небывалого московского фестиваля, а приехав, сняла у плутоватого хозяина курортное жилье — на всех одну большую комнату — обычное приморское обиталище с койками, с вколоченными в стену одежными гвоздями, с прискорбными, крашенными масляной краской тумбочками и с негигиеничными половиками.

Нужник был в дворовом отдалении, хотя недалеко. Хозяин, русский человек, взялся кормить всех обедом и ужином за в общем-то сносную цену.

Сразу приехали не все. Ждали еще одного. Уже в поезде была задумана по его поводу каверза. Сговорить хозяина, что соглашаться на вселение тот будет неохотно, а когда, наконец, согласится на сдачу койки, станет не соглашаться на кормежку по причине излишней дородности приехавшего. А когда согласится и на кормежку, запросит за столование несусветные деньги.

Так оно и произошло — в забаву хозяин втянулся, выполняя все похвально и ловко. Чесал в затылке. Говоря «нет», мотал головой и упорствовал без надежды на согласие.

Приехавший — человек скорее прижимистый, чем скаредный — подобострастно торговался, стараясь вызвать расположение неслыханно жадного квартирного владельца.

— Что вы, что вы? — протестовал он коровьим голосом. — Я же поразительно мало ем. И масло редко когда намазываю, и рафинад только с уголка отгрызаю.

— А это где наето? — грубо, но в рифму замечал хозяин, тыча пальцем в живот просителя. — Мало, говорит, ест. Не-ее… не сговоримся. Такой курсак не наобедаешь. Без подливы согласны?

— Конечно!

— А без гарнира?

— Тоже согласен, но ложку-другую все-таки надо бы… Картошечки там, свеколки. Я и на кабачки согласен. И на синенькие.

У нас — за углом дома — уже не было сил смеяться.

— Какая картошка? Ты что, парень? Ее же на Кавказе не содют!

— Как не содют? Я бывало ел в Гудаутах…

— Гудауты! Гудауты вон где! А тут — Россия.

— Но вы же друзей моих кормите! И недорого ведь, и сытно?

— Дак они же до сезона приехали. А когда барелины нахлынули, цены же вверх рванули.

Мы отхохотались смотреть на прожорливого нашего приятеля, пребывавшего в состоянии оплеванности, и в конце концов его стало жалко. Отношения же с хозяином вошли в другую фазу. В жесткой южной траве за сараем один из нас вскоре услыхал словно бы клацание зубов и узрел не до конца обскобленные чьи-то челюсти и остальной череп. С них неохотно поднимались тяжелые на солнце зеленые мухи. Остатки щековины на челюстях еще кровоточили и было ясно, что срезанную с них плоть нам предстоит съесть в обед. Чьи это челюсти, было не понять: ослиные? кобыльи? коровьи? Городские наши желудки сотворили спазм, к горлу подступила тошнота. Хозяин был позван, долго вертелся и врал, утверждая, что черепа ему подбрасывают враги, вероятней всего некий Гурген, которого он за глаза называл «армян соленый», а мы пока что отправились в духан поесть кипящего харчо и проверять, лежат ли за задворочным сараем какие-либо выбеленные зноем кости, больше не стали.

В день, который назначили Днем Дурака, было особенно празднично. Мы со всеми вместе развлекались, хохотали, сталкивали друг друга в море, брызгали водой на входивших в него — те вздрагивали, выставляли ладони, поворачивались к брызгам боком, а то и валились в прибрежное стекло, чтобы, разом претерпев падение в морскую купель, разом же ощутить ее теплое струящееся вещество, и поплыть-поплыть, и унырнуть с закрытыми глазами от праздничной поверхности берега с его хохотом, выкриками и разноголосицей.

— С открытыми глазами ныряй! Слышь! — навязчиво сопровождал певец сомнительной частушки (помните?) всякого и каждого, уходящего с берега в воду.

То тут, то там зараздавались конфузные звуки органов пищеварения. Боже ты мой! Ну и ну! А было это вот что. Недавно отблиставший в заграничных гастролях балет — а гастроли происходили в баснословной тогда Японии — привез из поездки неслыханного качества и пригожести кондомы, замечательно красивую на себя одежу и разные курьезные безделицы, среди которых преобладали плоские как блин резиновые подушки. Их следовало слегка надуть и подложить под кого-нибудь, собравшегося сесть. Результатом оказывался внезапный для того, кто садился, неприличный звук, столь правдоподобный, да еще, в зависимости от предварительного поддува, то негромкий и скрытный, то оглушительно бесцеремонный, что человек краснел, конфузился и не знал, куда ему деться. А все вокруг хохотали.

Этими игрушками и салютовал пляж окружающему летнему антуражу: диковатой бухте, нестерпимо сверкавшему морю, пляжной публике, одетой в зависимости от поездок куда-то и непоездок никуда, разговорам, подковыркам, запахам отечественных кремов для загара и от загара, которыми пляжные прелестницы натирали друг дружку или бывали натираемы охочими мужчинами.

То есть пляж в тот день был оживлен и возбужден куда более обычного. Уже появление двух знаменитых тогда актеров, вошедших на берег вверх ногами, взбудоражило всех, причем совершили они это, имея на себе большие советские трусы, которыми нормальные люди давно уже не пользовались. Трусы эти от хождения на руках обваливались и на миг становились видны мужские доблести, не могшие никак приспособиться к столь неестественной для себя позиции. Всякое новое их расположение и перемещение вызывало всеобщий хохот и счастливый женский визг.

Уже наладили свои упражнения другие ловкачи, ловившие ртами виноградины, прилетавшие к ним из умелых рук приятелей чуть ли не с другого конца пляжа. Интересно, что это развлечение было быстрее прочих перенято дикой не актерской публикой, причем сопровождалось оно хамскими модификациями — после нескольких виноградных швырков кидался пляжный камушек, и, если ловец винограда не замечал подвоха, камушек стукал по белым на южном солнце зубам, а дружки метателя возбужденно потешались.

Актеры, профессионально заботясь о красоте зубов, такого себе не позволяли.

То и дело в море уносили отбивавшихся девушек, однако руки уносивших знали профессиональные «поддержки» и уносимые девушки тотчас догадывались, что вместо того, чтобы визжать и бессмысленно вырываться, выгоднее показать себя с пленительной стороны, и начинали белыми лебедями плыть по воздуху, вытянув вперед прелестные ручки, причем кисти их, собранные манером прекраснейшим из прекрасных, устремленные в сторону синего моря, делали прелесть ручек еще прелестнее, но, конечно, вся эта гармония и красота бывала поруганной, когда кавалер входил в воду и нахально обрушивал завизжавшую менаду, производя оглушительный бултых.

Менада однако элегантно уплывала, а потом отчитывала проказника за намокшие шелковые свои волосы, которые от морской воды слипаются и перестают быть какими надо обворожительными.

— С открытыми глазами! Давай с открытыми! — долетало то с моря, то с берега.

Публика нетворческая конечно использовала традиционные забавы, а именно: облачение мужчин в лифчики и юбки. Смеху по этому поводу бывало жуть сколько, однако императорский балет косился на вульгарные эти выдумки с гримасами неодобрения.

Тот из нас, кто выклянчивал у хозяина право на поселение с питанием, привез киноаппарат — тринадцатимиллиметровую камеру. Большую новость в те времена. Он собирался снимать фильм, мы тоже собирались снимать фильм — невероятный какой-нибудь невиданный и неслыханный фильм, однако из-за участия в южных радостях, из-за приморской суеты жизни руки до съемок не доходили и фильм никак не воплощался.

Так что двоим из нас пришла мысль совершить с помощью камеры какую-нибудь пакость. Мы выпросили ее у хозяина под предлогом каких-то необыкновенных съемок, ушли на тихий краешек пляжа, и я написал помадой на голой заднице своего подельника «Привет художнику Кадыкову», а затем на что-то нажал, камера застрекотала, и все, похоже, было снято. Расчет был простой. Хозяин камеры, впервые взявший ее для съемок, по приезде в Москву помчится проявлять отснятый материал, а потом покажет маме с папой что получилось. Ну и мама с папой порадуются за сына…

Пляж между тем не унимался. Ожидали главный аттракцион. В значительном удалении от берега в сверкающей воде уже завиднелось небольшое лукошко, вместо якоря удерживаемое на месте большим камнем. В лукошке находился величайший модуль удачи — бутылка водки. А бутылка водки это смысл смыслов, хотя и суета сует.

И если в обычные дни пляж бывал купально-загорательным, где все в основном медленно полеживали, или, можно сказать, медлительно лежали, то теперь многие, собравшись небольшими группами, стояли, о чем-то пылко беседовали, поглядывали на другие группки, входившие на пляж, сперва удивлявшиеся новому антуражу и обстановке, потом радостно начинавшие различать плетеную корзинку.

И вот сперва раздался громовый непристойный раскат басовой японской сверхподушки, а затем оглушительно лопнул бумажный пакет. Это был сигнал, и в воду бросилось человек двадцать мужчин.

Весь пляж вскочил на ноги.

Дамы, до того лежавшие на животах с расстегнутыми на спине лямочками, застегнуть их не успели и стояли, поддерживая ладонями чашечки, второпях прижатые к прелестям, и вытягивали шеи, вглядываясь в водное ристалище.

А там, в мелькающей воде, то возникая, то исчезая, а то и вовсе — засвеченные солнцем и оттого невидимые — мчались к призовой бутылке наши люди. У кого-то из воды слаженно вырывались обе руки в стремительном баттерфляе, кто-то натужно выгребал в бессмысленном для таковой гонки брассе, кто-то применял кроль, а поскольку кроль это когда глаза глядят в воду и не контролируют дорогу, то плывший кролем безвозвратно отклонялся от курса, ибо лучше бы плыл на боку. Представители же простого народа применяли стиль «саженки». Они — речные купальщики — полагались только на дурацкое это верчение.

Пляж стоял на цыпочках, на пуантах, просто на ногах, подпрыгивал, чтобы что-то увидеть, и на стоячем этом пляже чувствовалась нехватка чего-то незыблемо пляжного, скажем, ворья, мгновенно прибравшего бы к рукам многое из того, за чем перестали следить отвлекшиеся. Но никто из уголовников нашего отечества пока еще не знал о благословенном и беспечном этом месте.

Радостный вопль сотен грудей, включая те, которые были не до конца закрыты съезжавшими лифчиками, ознаменовал чью-то победу. Кто-то неразличимый, отпихнув кого-то неразличимого, закогтил бутылку и уже — ура! Молодец! Котя! Молодец! — плыл триумфатор к берегу.

— Надо было с открытыми глазами! — долетали известные нам призывы.

И вот уже вся ватага, вытаскивая ноги из тяжести воды, сбивчиво дыша, стекая морским рассолом с мускулов и плавок, а некоторые со сползавших от тяжести воды отечественных трусов, выходила под аплодисменты из моря. В море же оставались нарочито неспешно плавать несколько гордецов, беразлично показывавших, что они вовсе ни в чем не участвовали, а просто плавали себе и плавали, и плавать продолжают.

А вышедшие гомонили, доказывали, спорили, что, мол, я бы, если бы, тогда бы…

— Я бы, если бы Тихон не подрезал бы мне дорогу и не хватал бы за ногу, — горячо доказывал статному прямоногому красавцу, солисту балета, неугомонный актер (исполнитель недооцененной частушки, которая фигурировала вначале), приохочивавший нырять с открытыми глазами, — я бы обошел тебя бы, а Тишка сволочь, меня за пальцы на ногах, за пальцы!..

Через минут двадцать все на пляже узнали, что вахтанговскому актеру на вторых ролях с желтой почему-то мхатовской чайкой на синих сшитых им самолично плавках стало плохо, и все на пляже тихонько заспрашивали друг у друга: «Ну что? Что с ним?!».

А еще через четверть часа на мостик спасательной будки вышел местный парень и закричал:

— Есть кто-нибудь врачи?!

А еще через сколько-то, когда по лесенке спасательной будки вся бледная, ни на кого не глядя, стала спускаться красивая женщина-врач, с которой уже два вечера я прогуливался у моря и мы даже сидели на некоей укромной скамейке, всем сделалось ясно, что актера с желтой мхатовской чайкой на плавках, веселого неугомонного человека больше нет.

И произошло вот что: шумный пляж, веселый пляж, только что битком набитый радостью, поеданием кукурузы, дурачествами и хохотом опустел. На нем в считанные минуты не осталось ни одного — ни единого! — человека. Только я и моя знакомая, потерянно собиравшая свои пляжные вещи…

…Мы шли вверх по скучной земляной дороге, и под ногами нашими обреталось множество запыленных морских камешков и голышей, которые, находись они в море, сияли бы своими слоями и прослойками, а также кварцевыми прозрачностями, но сейчас придавали косогору вид задворочного шлакового пустыря.

Я нес ахинею насчет «нырять с открытыми глазами…». Она в нее не вникала, а глядя куда-то вперед, с трудом переставляла ноги. Это можно было даже услышать. Если мои шаги звучали явно зрячими, а ступни избегали производить напрасный шум камней, ее шаги, хотя женские и легкие, были тяжелы и слышны, а камешки под ними хрустели.

Незавидна пыльная участь морских этих голышей, оказавшихся по воле булыжной судьбы на кавказском проселке, где из-за высушенной на себе земляной корки они не могут очнуться от жары, а прежнее водное житье ими почти не вспоминается. Не вспоминается оно, мокрое переползание друг с друга по воле прибоя, приползание и отползание от берега, когда лежишь в теплой влаге и лоснишься водяным жиром, потом чуть-чуть обсохнешь, потом снова намокнешь и все время шуршишь, все время шуршишь.

И приползаешь, и отползаешь.

На дороге шорох другой — сухой и горячий, и глумление попирающей тебя подошвы, соскакивание упершегося было каблука, когда отлетаешь в сторону и стукаешься о задремавшего на знойной обочине бедолагу собрата.

Сумасшедший ливень сорвавшихся с цепи здешних гроз — он, конечно, тоже вода, но это не то! Он сносит куда-то, сметает, сталкивает измызганного тебя с места, и то обдаст грязью, то обольет ручьем, но с ним никогда не испытываешь тех ощущений, которые когда отползаешь и приползаешь, отползаешь и приползаешь.

Сейчас мы шли по дороге сухой и жаркой. Шли рядом и почти не разговаривали. Неправдоподобие случившееся не давало сказать ни одной спокойной фразы, на жарком пути не получались слова сочувствия, а ободряющее прикосновение было непредставимо.

Еще вчера я предвидел желанную курортную победу. Судя по нашим уединениям, она тоже встала на путь семейной неверности, но пребывала в нерешительности и колебаниях, хотя можно было счесть, что решение уже принято.

Все-таки муж ее был высокий и симпатичный. Но он уехал. А женщина в курортном возрасте осталась. Ее, конечно, обступили все какие есть демоны отдыха: душные невыносимые ночи, парочки, как ни в чем не бывало выходившие из кустов, морская отмытость и опрятность, усталость ног после хождения на базар, а потом приход домой и отлеживание на курортной койке с задранными на ее спинку красиво загорелыми этими ногами.

Приключившееся ей пришлось пережить сполна. Когда раздалось: «Есть кто-нибудь врачи?», она встала и пошла, потому что оказалась врачом. Поднялась по лесенке в спасательную будку, где находился человек в сердечном припадке, а поскольку на пляже оказалась врачом единственным, ей пришлось сделать и тот самый укол камфары (ничего больше у спасателей не было), после которого человек в себя так и не пришел.

О чем молчать, ей теперь было.

На заскорузлой нашей дороге мы оказались случайно. Просто свернули, чтобы уйти от понуро расходившихся с пляжа людей и в одиночестве остаться на косогорной кавказской стезе в похрустывавшем камешками безмолвии. Правда, какой-то звук все же был. За нами все время словно бы слышалось ворчание автомобильного мотора.

Потом она завсхлипывала. Сказать мне было нечего, никакие слова не получались. Не говорить же снова про ныряние с открытыми глазами.

Негромкий и неотчетливый звук автомобиля от нас не отставал. Правильней будет сказать, автомобиль догонял нас, хотя давалось ему это нелегко — дорога шла вверх, а его, как представлялось, совсем маленький мотор, с усилием ехать в горку не справлялся. Звук то снижался, то становился надсадным, то вовсе замирал. Но сомневаться, что он нас догонит, не приходилось — мы-то сами еле плелись.

Куда приведет нас дорога, сказать было трудно. Ни я, ни, по всей вероятности, она, на дороге этой не бывали — в местные наши курортные тропы она не входила. Удаляться на нее для романтических прогулок по вечерам и вовсе не стоило, фонарей тут не было, а без минимальных фонарей здешние вечерние прогулки бывали затруднительны. Кусты в иглах, колючки, крупные голыши под ногами и, конечно, отсутствие скамеек гулять с подругами в эту сторону не располагали — разве что с фонариком, но тогда было плохо с батарейками.

Да! Какой-то автомобиль догонял нас. В чистом воздухе уже витал запашок его выхлопа. Дорогу перебежала то ли крыса, то ли еще кто-то. Спутница моя в страхе метнулась ко мне, прижалась и зарыдала.

Мы стояли. Она, прижавшись ко мне, рыдала. Я глядел через ее плечо на дорогу, а все вокруг озирало нас: дорожная галька, дикая груша, раскидавшая в этом месте свои сморщенные дички, колючий куст ежевики, небо с облачками и белым солнцем. И вот, наконец, еще один соглядатай. В отдалении на дороге, переваливаясь, возник запыленный и замызганный маленький «Москвич».

Она его, рыдая, не слышала, я же оставался с ней неразделенным, поскольку не решался оставить без защиты припавшего ко мне в удручении, так что водитель ползшего «Москвича» видел наше как бы объятие, но продолжал ехать и совсем уже близко от нас засигналил. Ему, видно, было не с руки тормозить на подъеме — завестись потом и поехать в гору он с места вряд ли смог бы. Но, когда она от звука сигнала в испуге метнулась на травяную обочину, а я протянул руки к машине, словно бы собираясь не дать ей ходу, он все же затормозил. Автомобиль словно бы ткнулся в засопротивлявшийся подъем и заглох, а сквозь стекло стало видно, как шофер сразу же поворотился к заднему сидению, где что-то было навалено.

Потом он попытался завестись, мотор засипел и затих, попробовал еще раз — снова безрезультатно. Тогда он отворил дверцу и вылез. Оказалось, что водитель — брат умершего актера. Я увидел знакомое лицо, но в первую секунду не мог припомнить, кто этот человек, а она, плача, сразу к нему подошла и, опустив руки, потерянно перед ним встала.

— Теперь не заведемся. И бензин кончается, — сказал водитель. — Что делать будем, не знаю.

— Может, сходить с канистрой на заправку?

— Заправка километрах в тридцати. Да и есть ли там бензин? Да и с бензином он необязательно заведется — аккумулятор старый.

Говорил он это все как бы ей, а она как встала перед ним так и стояла.

— И солнце! От солнца уезжали, на солнце встали… Пойду схожу в Дом отдыха, может у них бензину выпрошу. А вы бы здесь побыли, одного его тут оставлять как-то нехорошо. — Он махнул рукой в сторону машины.

На заднем сиденье, накрытый спасательской простыней, подпираемый с одного боку ластами сидел пляжный покойник.

Именно сидел.

Выглядело это совсем неправдоподобно, хотя объяснялось просто. Дикое расположение маленького поселка было изначально чревато нелепым и фантастическим решением внезапных житейских проблем.

Мне почему-то сразу пришли в голову череп и белые челюсти, клацавшие и белевшиеся при вечерних походах в нужник.

«Но зачем ласты? Неужели, чтобы переплыть Ахерон? И разве он его еще не переплыл?» — завертелось у меня голове.

— Конечно, идите. Мы никуда отсюда не денемся. — Сказала она обреченно.

— Может, открыть дверцы, чтобы проветривалось? Жара ведь. — Неуверенно спросил брат.

— Нет-нет! Пожалуйста, не надо! Пусть будет закрыто…

Я же никак не мог отвязаться от Ахерона. Есть ли в нем рыба? — пришло вдруг в голову. — А если есть, — в реке мертвых она тоже должна быть мертвая. И, значит, рыба плавает там вверх брюхом, как будто ее глушили.

Под ногами уходящего водителя захрустела галька.

Мы остались одни на пустой дороге, по которой, казалось, вряд ли когда-нибудь проедет кто-то еще.

завтрак аристократа

Юрий Борисёнок Автомобиль Ильича подрезала... корова 2018 г.

Творческий коллектив ФСО России выпустил новую книгу об автомобилях, на которых ездили и ездят первые лица государства


Уже 112 лет, с 1906 г., автомашины перевозят руководителей нашей страны. И все это время многих ее граждан одолевает вполне понятное любопытство - а что это за чудеса техники, чем они оборудованы и чем отличаются от серийных авто, на которых передвигаются обычные водители? Обстоятельный ответ на эти вопросы с массой подробностей, извлеченных из недавно рассекреченных архивных источников, содержится в только что вышедшей из печати книге хорошо знакомой читателям "Родины" творческой команды Федеральной службы охраны РФ во главе с известным историком Сергеем Девятовым1. Остановим внимание на самых интересных страницах нового увесистого фолианта.


Delaunay-Belleville С4 40/45 CV, трипль-фаэтон. Персональный автомобиль императора Николая II в период 1906-1910 гг. Фото: Фото из книги "Автомобили первых лиц 1906-2018"/ обработка color.artlebedev.ru
Delaunay-Belleville С4 40/45 CV, трипль-фаэтон. Персональный автомобиль императора Николая II в период 1906-1910 гг. Фото: Фото из книги "Автомобили первых лиц 1906-2018"/ обработка color.artlebedev.ru

Царская инновация: смазка коленчатого вала

Самый первый автомобиль у первого лица появился в 1906-м, когда из союзной России Франции для путешествий Николая II прибыл трипль-фаэтон "Делоне-Бельвиль", способный развивать скорость 70 км/ч.

На с. 27 наше воображение поражает фотография, живописующая встречу нового со старым. Место действия - Красное Село под Петербургом, летняя военная столица империи. 1908 год, автомобиль в высочайшем пользовании уже два года. Император верхом на лошади на фоне "Делоне-Бельвиля" с великими княгинями, черногорками Милицей и Станой, на заднем сиденье.

Авто не только смотрится изящно, по тем временам, как подчеркивают авторы, модель была, что называется, прорывной: "Главным отличительным признаком стали напоминавший кожух паровозного котла цилиндрический капот и круглый радиатор. За автомобили требовали приличные суммы, но они полностью оправдывались надежностью и совершенством конструкции. Например, именно "Делоне-Бельвиль" первой в мире получила смазку коленчатого вала под давлением от отдельного насоса в отличие от общего в те времена метода разбрызгивания масла" (с. 26).

У левого переднего колеса на фото - главный придворный автомобильный энтузиаст, князь Владимир Николаевич Орлов (1868 - 1927), генерал-лейтенант, начальник военно-походной канцелярии императора, внук главы III отделения Алексея Федоровича Орлова, правнук Федора Григорьевича Орлова, братья которого Алексей и Григорий ярко вписали свои имена в эпоху Екатерины II. Князь, с легкой руки которого и появился на берегах Невы первый автомобиль для самодержца, отличался изрядной комплекцией, что придавало его облику за рулем черты для своего времени неповторимые.

Черногорок, кстати, Орлов катал не зря - в 1917-м удаленный от двора годом раньше князь женит своего сына Николая на 18-летней княжне императорской крови Надежде Петровне (1898 - 1988), правнучке Николая I и дочери той самой Милицы...


Переделанный в автобус

Машины в последние годы существования империи меняли часто - автотехника делала все новые успехи, и князь Орлов зорко следил за тем, чтобы царь ездил на последних новинках европейской моторизованной моды. Второй "Делоне-Бельвиль" приехал в Петербург в 1908м и мог развивать уже скорость 120 км/ч, с которой и ныне на МКАД бы не затерялся. Правда, так лихо с императором на борту не гоняли: Адольф Кегресс (1879 - 1943) - француз, привлеченный в Россию Орловым, "правил" машиной при дальних поездках, поддерживая среднюю скорость от 60 до 70 верст в час (65-75 км/ч).

Французский товар был уникальным и штучным: "Аббревиатура SMT не соответствовала модельному ряду - Sa Majeste le Tsar, то есть "Его Величество Царь". Машин этой серии было построено всего три [...]. Несмотря на унификацию с младшими моделями, штучное исполнение 70сильной царской машины все равно выходило в немалую сумму - 15 753 рубля. Как итог, за два года (1908-1909) помимо двух экземпляров для Николая II был произведен всего лишь один коммерческий образец SMT для заказчика-инкогнито. На этом история уникальной модели закончилась, а в 1911 году упоминания о ней и вовсе исчезли из каталогов и рекламы "Делоне-Бельвиль". [...]. В 1916 году автомобиль передали в Императорское российское автомобильное общество, а после Февральской революции Адольф Кегресс, в недавнем прошлом личный водитель царя и технический директор Императорского гаража, перебрался на нем в Финляндию. Там на "Делоне-Бельвилль" сразу нашелся покупатель - известный торговец автомобилями Сергей Николаев. Спустя два года он перепродал машину в Стокгольм, где уже в 1920е годы ее переделали в автобус" (с. 36).

Известный торговец автомобилями Сергей Николаев.
Известный торговец автомобилями Сергей Николаев.

Второй SMT 1909 г. оказался самым дорогим из императорских автомобилей, однако впечатляющий лимузин с электроосвещением и системой отопления салона ездил мало: "Однако роскошь и размах имели и оборотную сторону. Автомобиль получился слишком громоздким и тяжелым. Его снаряженная масса достигала четырех тонн, что сразу ограничивало применение лимузина лишь на твердых дорогах, в пределах Петербурга и загородных резиденций".

Большевики же мучиться с автороскошью не стали: "После отречения императора лимузин оказался в распоряжении Временного правительства, а позже перешел в списочный состав автобазы Совета Народных Комиссаров. Весной 1918 года автомобиль вслед за Совнаркомом отправили в Москву, но вскоре его активная эксплуатация прекратилась из-за проблем с запчастями и непомерного расхода топлива. Тем не менее этот "Делоне-Бельвиль" SMT числился в резерве кремлевского гаража вплоть до 1928 года, когда его окончательно списали в утиль" (c. 40).

Впрочем, на некоторых царских "Делоне-Бельвилях" недолго поездил и Ленин: "Четвертая машина серии СА6 в Императорском гараже - лимузин работы неизменного ателье "Кельнер и сыновья" - поступила на службу в мае 1913 года. Днями ранее автомобиль экспонировался на IV Международной выставке, проходившей в столице в Михайловском манеже. Лимузин бывшего императора попал к В.И. Ленину, минуя "посредников". В феврале 1917 года Временное правительство хоть и приписало себе все автомобили СЕИВГ2, однако персональные автомобили Николая II не эксплуатировало. В промежутке между двумя революциями "Делоне-Бельвиль" стоял безвыездно. 11 марта он значился в списках машин бывшего Императорского гаража с пометкой "хранится в Зимнем дворце, прикрепленного водителя нет". До 1919 года автомобиль числился в глубоком резерве, а позже незначительное время являлся персональным транспортом В.И. Ленина" (с. 48).

Ландоле Delaunay-Belleville SMT 70CV под водительством В.Н. Орлова в Красном Селе. 1909 г.
Ландоле Delaunay-Belleville SMT 70CV под водительством В.Н. Орлова в Красном Селе. 1909 г.


"Мерседесам" веры нет

Тогда же, что и первые "Делоне-Бельвили", по предложению князя Орлова закупили сразу пять "Мерседесов" конструкции знаменитого Вильгельма Майбаха. А в роковом 1914м знаменитой и поныне марке не поздоровилось: "С началом Первой мировой войны дубль-фаэтон 38/70 исчез из списков Императорского гаража. Скорее всего, на волне антигерманского подъема в августе 1914 года от него спешно избавились" (с. 54).

В распоряжении Николая II были и другие известные и в наши дни иномарки - например, "Рено" и "Роллс-Ройс". На развивавшем скорость до 97 км/ч ландоле-лимузине "Рено", поступившем в царский гараж в 1913 г., Николай II почти не ездил, чаще им пользовалась императрица Александра Федоровна, затем министр юстиции Временного правительства А.С. Зарудный, при большевиках Я.М. Свердлов и Л.Б. Красин. Эта машина вошла в историю в день выстрела Фанни Каплан: "30 августа 1918 года, когда после митинга на снарядном заводе Михельсона произошло покушение на В.И. Ленина, за рулем был личный шофер вождя С.К. Гиль, на полной скорости доставивший его в Кремль". (с. 64).

В дальнейшем первые лица никогда не ездили на "Рено", а вот "Роллс-Ройс" был стабильно востребован и при царе, и при Временном правительстве, и при большевиках. На полулимузине модели 40/50HP, развивавшем скорость до 120 км/ч, успели поездить и Николай II (изредка), и Керенский, и Ленин. Летом 1920 г. этому "Роллс-Ройсу" сделали капитальный ремонт, и тогда же правительство Советской России возобновило закупки превосходно зарекомендовавших себя автомобилей британской марки для собственных нужд. Информация, приведенная в книге, наносит очередной удар по мифу о голодающих вождях большевиков. Уже с 1920 г. большевики закупали подержанные, а с 1922 г. и новые "Роллс-Ройсы" (только до августа 1925 г. закупили девять новых автомобилей).

Rolls-Royce 40/50HP, торпедо. Персональный автомобиль В.И. Ленина в период 1923-1924 гг.
Rolls-Royce 40/50HP, торпедо. Персональный автомобиль В.И. Ленина в период 1923-1924 гг.

Весьма необычная судьба ожидала автомобиль Ильича 1922 г. выпуска модели 40/50HP торпедо: "Ленинский "Роллс-Ройс" списали из гаража СНК в начале 1930-х годов, передав на периферию. Сменив несколько мест работы, в декабре 1935 года он оказался в Керчи, на автобазе обкома профсоюзов рыбной промышленности Крымской АССР. К тому времени уже никто не помнил об историческом значении этого экземпляра. Автомобиль пребывал в ужасном состоянии, шоферы на нем долго не задерживались, а в 1937 году один из них врезался в корову. Смета ремонта машины превосходила ее балансовую стоимость, и профсоюз постановил сдать "Роллс-Ройс" в утиль. Неожиданно этому решению воспротивился один из водителей автобазы, тов. Аристархов. Он вновь поставил машину на ход и отъездил на ней еще 15 тысяч километров, пока на нее не обратила внимание милиция. В связи с открытием в Москве Центрального музея В.И. Ленина по всей стране началось активное изыскание реликвий, так или иначе связанных с вождем, а к поиску автомобилей подключился НКВД. В 1939 году "Роллс-Ройс" был передан музею и до середины 1950-х годов хранился в запасниках в подмосковных Горках. Лишь накануне 40-й годовщины революции, в 1956 году, Идеологический отдел ЦК КПСС принял решение восстановить ленинский автомобиль. Специализированных мастерских по реставрации техники в стране не было, и задание поручили Заводу им. И.А. Лихачева, имевшему большой опыт создания и производства автомобилей высшего класса. Вновь по стране были развернуты поиски, но на сей раз запчастей и останков старых "Роллс-Ройсов". В том же 1956 году сама фирма "Роллс-Ройс" через посольство Великобритании в Москве передала музею полную спецификацию проданного в 1922 году автомобиля" (с. 94, 96). К октябрю 1959 г. священную для своей эпохи машину восстановили...

Ильич в теплушке товарняка

Ездил Ленин и на менее роскошных автомобилях, например, на сделанном в Марселе экзотическом авто "Тюрка-Мери" Автосани "Паккард", разгонявшемся всего до 45 км/ч, изобретение Адольфа Кегресса, использовался для поездок вождя большевиков на охоту в Подмосковье. На тех же автосанях в январе 1924 г. тело Ильича доставили из Горок к траурному поезду. Бывали с необычного вида санями и курьезные случаи: "Иногда техника не выдерживала, как это случилось в декабре 1920 года. На сильном морозе двигатель ленинского "Паккарда" стал "простреливать" и вскоре заглох. К счастью, неподалеку оказалась железнодорожная станция, и председателю Совнаркома вместе с водителем пришлось выбираться в Москву в теплушке товарняка" (с. 82). Вскоре под автосани приспособили закупленные в Великобритании в 1922 г. два "Роллс-Ройса".


В 1927 г. британцы, разорвав дипломатические отношения с СССР, запретили и поставки "Роллс-Ройсов". Но поставленные к тому времени машины ездили еще двадцать лет: "1 октября 1933 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло предложение товарищей И.В. Сталина и К.Е. Ворошилова о концентрации всех находящихся у правительства "Роллс-Ройсов" в Гараже особого назначения и прекращении дальнейшего импорта автомобилей из Англии. В Кремле к тому времени появились американские "Паккарды" и "Кадиллаки", но запас прочности и надежности у английских машин был, безусловно, выше. К началу 1937 года в ГОНе все еще работали девять "Роллс-Ройсов". Это был второй показатель среди марок после "Паккарда" (десять машин). Последний же "Роллс-Ройс" был списан из ГОНа только в 1947 году" (с. 104).

Рождение "Ауруса"

Столь же интересны и полезны широкому кругу читателей сведения об автопарке советских и постсоветских лидеров от Сталина до Ельцина. В подробном рассказе о первом отечественном бронированном лимузине ЗИС-115 находится место и для такой детали, что спецсигналом у сталинской машины служила центральная фара (с. 134). А вот у Леонида Ильича бронированного автомобиля так и не появилось: "ЗИЛ-114 даже не имел бронированной версии. После известного покушения на Л.И. Брежнева 22 января 1969 года ЗИЛу было поручено разработать защищенную версию. Но заказа на изготовление бронеавтомобиля так и не последовало, и этот проект остался на бумаге" (с. 210).

Завершается книга эксклюзивным повествованием о создании нового автомобиля для руководства страны, получившего название "Аурус" и впервые представленного общественности 7 мая 2018 г. во время инаугурации В.В. Путина.

Директор ФСО РФ Д.В. Кочнев в обращении к читателям отмечает: "Впервые в новейшей истории у нашей страны появился собственный автомобиль представительского класса. Разработка этой машины велась при активном участии ФСО России. Основой для реализации проекта послужили не только новые современные технологии и передовые конструкторские решения, но и уникальный опыт эксплуатации подобных автомобилей, накопленный за долгие годы в Гараже особого назначения. Сегодня "Аурус" в специальном исполнении является одним из самых защищенных и безопасных представительских автомобилей в мире. Не случайно модели нового бренда получили названия башен Московского Кремля" (с. 6).

Название у нового автомобильного бренда соединяет латинское слово aurum (золото) и английское наименование России - Russia. Отдельные модели новой марки названы в честь башен Московского Кремля. Лимузин и седан получили названия "Сенат", микроавтобус - "Арсенал", а внедорожник, премьера которого запланирована на 2019 г., - "Комендант". 16 июля 2018 г. в Хельсинки на встрече В.В. Путина с президентом США Д. Трампом пять автомобилей "Аурус" совершили свою первую заграничную командировку.

Знаменательно, что большая и прекрасно проиллюстрированная книга заканчивается на такой оптимистической ноте - непростая история отечественного автопрома, как видно на примере реализации проекта "Аурус", имеет перспективное будущее.


1. Автомобили первых лиц 1906-2018. М., 2018. Авторский коллектив: С.В. Девятов, В.А. Макаров, Д.С. Федоров, В.И. Жиляев, О.К. Кайкова, С.В. Снурницын, В.А. Воронов. Далее сноски на это издание приводятся в тексте.2. СЕИВГ - Собственный Его Императорского Величества Гараж.


https://rg.ru/2018/11/14/rodina-leninskij-rolls-rojs.html

завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 16

Бабазбука (окончание)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я

Э – Эвакуатор



Ехала как-то в такси и заметила рядом машину – эвакуатор, которая хотела перестроиться на законных основаниях (она была справа, стало быть, имела преимущества). Судорога ненависти пронзила лицо моего водителя. Он напрягся и сделал всё, чтобы не пропустить врага.

– Что, не хотите уступать? – засмеялась я.

– Никогда! – ответил водитель медным голосом.

Эвакуатор, по силе вызываемых чувств, находится в центре «красного спектра» общественных отношений дороги. Не ГИБДД – они представляют собой законную власть, от которой что ждать-то, кроме подляны. К ним все привыкли и только соображают лихорадочно, как бы на этот раз выкрутиться. Но не ГИБДД уволакивает вашу машину в преисподнюю, так что часа четыре из вашей жизни выкинуты и тысяч пять изъяты. Это делает предатель, соглашатель, коллаборационист – эвакуаторщик. Свой брат водитель, который пошёл на службу к «ним».

Как всегда в России, крайняя и самая жестокая мера применяется как обычная и нормальная. (Меня вот поражает эта избыточная жестокость. Взять хоть сталинские лагеря – ясное дело, социализм было не построить без рабской силы. Но зачем столько злобы, издевательств, унижений, пыток, мучений, ведь они были абсолютно нецелесообразны.) В фильмах из западной жизни мы часто видим, как скучающие инспекторы подсовывают водителям на лобовое стекло штрафы за неправильную парковку. Сунул – и дальше пошёл, водитель не оплатил – ну, заскрипело колесо правосудия. Но для каких надобностей эвакуировать автомобиль на штрафстоянку, если он никаких особых трудностей и препятствий движению не создаёт?

У меня раз случилась чудная история. Дело было в августе, возле Исаакиевского собора. Я улетала назавтра в Черногорию и зарезервировала себе время в салоне красоты – кто ж едет отдыхать на море без отделки ноготков. Поставила маленького рядом с другими, у дома со львами, который теперь гостиница. Вернулась через два часа…

Чувство человека, который подходит к своей машине, а машины нет, – это особенное чувство, которому пока что нет названия. Похоже на сильный, но не смертельный удар куда-то в солнечное сплетение, смесь растерянности, возмущения, ужаса и гнева. Украли? Но кому может понадобиться мой крошечный шевролёнок, да и кто станет угонять машину из центра-перецентра, нашпигованного камерами и полицией. До сих пор я с феноменом эвакуации не сталкивалась, но знала о нём, естественно. Поэтому я поступила так: на дрожащих ногах вошла в гостиницу, включила «женщину в беде» и обратилась к портье. «Сынок! – сказала я ему, и слезу в голосе даже не пришлось подделывать. – Сынок! Поставила у вас машину. Её нет. Наверное, эвакуировали. Не знаю, куда звонить! Помоги ради Бога». (Тогда ещё мой телефон не был подключён к интернету.)

Портье мгновенно нашёл нужный телефон, и я выяснила, что шевролёнка утащили на штрафстоянку по адресу – Обводный канал, номер дома двести такой-то. Взяла такси и по дороге пожаловалась шофёру на беспредел, найдя полную психологическую поддержку. И объяснение происшествию: «Да они так деньги делают»…

Заплатила на эвакопункте (по счастью, я не оставила документы в машине, я их всегда ношу с собой), заплатила в отделении ГИБДД, где поджидала меня крупная очередь из терпил, довольно разнообразных по социальному положению. Один холёный боровичок (видно, руководитель среднего звена) никак не мог в толк взять, почему о происшедшем ему не сообщила его космическая сигнализация. Тут же усмехался в бородку бывалый дачник, владелец «копейки». Утаскивали всех без разбора – рейд у них был. Наконец, отпустили меня, а вся моя вина заключалась в том, что я поставила машину не вдоль движения, а поперёк, притом она никому не мешала, просто стояла в неправильной позиции.

На город опустилась ночь, как говорится. Навигатора у меня нет, я уже рассказала. Обнаружилось, что бензин на нуле. Как добраться с Обводного канала (я попала в самый дохлый и засмурканный, финальный его сегмент) до Васильевского острова – я без понятия. Помню, куда-то туда… и поехала куда-то туда, да не там свернула… Город стал расправлять передо мной свои неопрятные конечности. В безлюдной тьме мелькали какие-то промышленные сооружения, руины, сторожки… совершенно некстати мне вспомнился фильм Балабанова «Груз 200», там тоже – только сверни с тропинки… Бензина нет, на чём еду – сама не знаю, Черногория удаляется как мираж, да она мираж и есть…

Хватило ума развернуться и поехать назад. Через несколько минут я увидела спасительный указатель «Лермонтовский проспект», и счастье, похожее на лазурь самых нежных стихотворений поэта, залило душу. Я дотянула до дома!

И после этого вы хотите, чтобы мы любезно и милостиво дозволяли эвакуатору перестроиться? Чтобы он свободно ехал терзать очередную бедолагу?

Широка русская душа, но нет в ней места для предателей. Знаем мы это ваше «Я выполнял приказы, я не виноват».

Ю – Юг и север



Большие страны, имеющие значительную вертикаль протяжённости, обладают климатической, исторической и ментальной разницей Юга и Севера. Стало быть, есть своя специфика в движении с Юга на Север – или же с Севера на Юг. И правильным было бы самоосознание себя как человека Юга, человека Севера или нейтрального гражданина, который сбоку или посерёдке. Я человек Севера, мне на юге… м-м-м… напряжённо, так скажем.

Дело в том, что культура в нашем северном понимании (в том числе культура вождения), как утверждают некоторые исследователи, немножко заканчивается в районе Воронежа. Начинаются инспирации, эманации и прочие веяния Юга – в том числе Украины и Кавказа. Стало быть, колорит местности всё явственнее определяет мужчина Юга. А что главное в мужчине Юга? То, что его должно быть заметно за километр, когда он идёт, а когда он едет – так за несколько километров. Тут не до наших северных нюансов, полутонов и оттенков.

Жизнь становится ярче, проще, откровеннее. Спадают стыдливые облачные покровы. Жизнь – опасная штука… Скорее всего, всё обойдётся, однако ехать в одиночестве на Юг, без семьи, без компании, для самой отпетой бабазы ру – такая же благоразумная акция, как отправиться одной субботним вечером в кавказский ресторан.

Говорю на основании опросов и личных впечатлений, добытых без опыта личного рассекания страны с севера на юг.

Я дальше Воронежа не заезжала.

Я – Я



Изменилась ли я, сев за руль? Обрела ли новые привычки, проявились ли дополнительные черты характера, усугубилась ли рефлексия, пополнила ли я свои знания о мире?

Знаний о мире добавилось безусловно. Дорога перестала быть неведомой, её знаки читаются, её персонажи сделались знакомы. Больше всего мне нравится, конечно, расширение области свободы воли (села-поехала). Увеличение компетенции – теперь, пребывая пассажиром рядом с водителем, я всегда смогу затеять грамотный разговор. К примеру, вежливо кашлянув, спросить: «Ну, а что вы скажете за “рено дастер”?» Настоящей автомобильной искушённости во мне нет, однако для невинного road-talk знаний хватает. Приятен и род несомненного уважения, который вижу на лицах знакомых мужчин, – хотя нет ничего особенного в умении водить, бабаза ру всё-таки переходит в другую категорию человеческих существ, категорию потенциальных настоящих товарищей. С явной симпатией смотрят на меня продавщицы на заправках – им нравится, что такая же за рулём, может, и они скоро станут подъезжать на своих авто к заправкам, а не только чеки пробивать…

Однако тезис моего знакомого о том, что каков ты есть, таким и на дороге будешь, разумеется, справедлив. Не стала я лучше. И хуже не стала. Но мне удалось выбрать новое поприще для моей несомненной жадности к жизни. Я хочу жить! А, перевалив на шестой десяток, жизнь так явно начала скукоживаться… Когда мне было двадцать пять лет, вообще никто не умирал, сейчас пошло такое безобразие, прямо каждый день мрут. Бряцает всем арсеналом скверных пыточных орудий старость, ландшафт бытия скудеет… С ужасом ждать ли этого мгновения, когда придёт убийца – скука?

Нет! Я ещё порыпаюсь.

Какая может быть скука на Русской Дороге?

Все, кто верит в меня, – за мной.

* * *


Когда я дочитала последнюю главу Бабазбуки, сон сморил меня, я скорчилась на угловом диванчике, но спала блаженно, без снов. Проснувшись, я не нашла бабазу ру в её квартире – а была ли это её квартира, кстати? – пришлось напиться воды, привести себя в порядок и покинуть обитель, прихватив с собой папку. Дверь была не закрыта, но лишь притворена. Я решила, что бабаза указывает мне путь отступления… На следующий день после пьянки всегда стыдно и никого видеть неохота.

Я настроилась отдохнуть от впечатлений, а потом вернуться и отдать Бабазбуку её автору. Еще поговорить, поспорить… ведь не приснилась же мне эта Наташа (да Наташа ли то была?), не мираж ведь она?

Однако вечером, когда я вернулась, то не смогла найти ни квартиры, ни даже дома. Под тем номером, который я старательно запомнила, стояло совершенно иное здание, даже другого стиля – вчера был модерн, а обнаружила я эклектику. Правда, цвет не изменился – серый, – но никаких следов моей бабазы ру не сыскалось.

Заглянула в «Огонёк» – вотще.

Бабаза ру, отзовись. Я записалась в автошколу. Я время от времени перечитываю твою Бабазбуку. Я вроде бы нашла покупателя на дачу в Белоострове и в магазинчике старой книги отыскала собрание сочинений Александра Грина…

Давай встретимся, чтобы уж более не расставаться.


http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t52

завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 15

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я



Ш – Шевролёнок



Итак, в моих планах было продать шевролёнка, свою первую машинку, и погасить таким образом часть кредита.

Не удалось. Сегодня, когда пишу эти строки, шевролёнок по-прежнему стоит у моего дома и понуро смотрит на меня с явным упрёком, как брошенная собака. Окружающие упорно и доходчиво объясняют мне, что это не порядок, что на машине надо ездить, что она, как люди, портится от безделья. Я понимаю! Но возникли препятствия, а я внимательна к сигналам жизни – препятствия в осуществлении планов всегда о чём-то предупреждают.

Например, куда-то сгинул ПТС, паспорт транспортного средства, который никуда из дома деться не мог – и тем не менее исчез как не бывало.

Обшарено всё! Найдено много интересного. Кроме ПТС. Что за сигнал подаёт судьба? Что не надо пока продавать шевролёнка? Но почему?

Да, мы с ним провели немало героических, незабываемых часов. Помню, как я запуталась на развязке и вместо шоссе в город улетела в Кронштадт, а это у нас в Петербуржье такой таинственный остров, из которого надо знать, как выбираться, – а я же без навигатора. Еду и думаю: бензина у меня полно, солнце светит, пойду пообедаю где-нибудь и спрошу дорогу у официанта. Женщина в беде! Это работает без перебоев. Когда я купила первый компьютер и не знала, как его подключить и что вообще с ним делать, а тогда ещё не было фирм на каждом шагу, я пришла в магазин и обратилась к продавцу. Я сказала: «Здравствуйте. Я идиотка. Помогите, пожалуйста». И он помог. Так что в Кронштадте я погуляла, пообедала и обратилась к официанту. «О! У меня как раз заканчивается смена! – обрадовался тот. – Я покажу вам дорогу». И шевролёнок весело полетел, перебирая маленькими лапами. Такое впечатление, что ему понравилось незапланированное путешествие.

Он ни разу не подвёл – не сломался, не заглох. Сначала были сложности с аккумулятором – слабенький был, разряжался быстро, шалил на морозе. Но приехал человек и уверенно посоветовал мне поменять аккумулятор на новый, сильный и надёжный, и вызвался отвезти меня туда, где эти надёжные предметы продают, и сообщил, что теперь у меня аккумулятор литиевый, и я кивала головой, стараясь не выдавать глубину пучины своего невежества. Мне ж что литиевый, что бериллиевый, один хрен.

Я поняла – им нравится помогать. Как сберечь эту золотую породу людей? Да хотя бы давать им возможность поупражняться в своих чудесных свойствах. «Я сама, я сама, я сама» в автомобильных делах не работает…

Мы с шевролёнком бывали в самых настоящих путешествиях. Доехали до Финляндии несколько раз, и я даже на дороге смогла пойти на опережение – на обгон с заездом на встречку всё-таки не решилась. Участвовала в дивном приключении – марше друзей вокруг Онежского озера, на пяти машинах, из которых моя была самая диковинная. Поскольку у шевролёнка крошечный багажник, салон был забит вещами неимоверно, а в нём разместились ещё и три человека-родственника, и выехали мы в проливной дождь. Кавалькада наша хоть и состояла из пяти машин, но я была единственной бабазой ру в этом раскладе, поэтому сильно не беспокоилась – если помогают незнакомцы, то уж друзья-то, ясное дело, просто ринутся на помощь в случае чего. Но пилить по трассе под дождём, в перегруженной машине, с тремя родственниками было настоящим, полновесным стрессом. Мы справились! Я вернулась целая, и ни один родственник не пострадал. На шевролёнке ни царапинки, и все колёса в сохранности, и это при том, что дороги вызывали острое русское желание куда-то пойти и кого-то убить.

Я не творю себе кумира, ничуть, я спокойно расстаюсь с вещами… но мой шевролёнок не очень-то вещь. То есть вещь, конечно… В общем, подожду я его продавать. Чего подожду? Не знаю я! Отстаньте вообще.


Щ —?



Не суЩествует никаких автомобильных слов на букву «Щ». Щебёнка? Ну, ездим мы по Щебёнке, такая наша доля водительская, и что. Щель? Какая к чёрту Щель, где Щель. Щебет? Щегол? Щавель? Мимо. Щуриться? В машине лучше не Щуриться, а честно надеть очки или опустить солнцезаЩитные панельки. Щадить? Никто вас на трассе Щадить не будет… Щедрость? Этому прелестному человеческому свойству на русской дороге нет выражения. Щас взлечу? Да, так иногда приходится говорить, когда сзади тебе бибикают непоседы. Но это же вульгаризм, а я и так огрубела за время перехода к новой жизни и осваивания её свойств. Так что – проЩай, Щ!


Ъ Ы Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их



«Ода пешему ходу»! Кто из женских сумашаек не знает этого творения Марины Ивановны Цветаевой и кто в юности не являл собою картину «Дева, бредущая навстречу судьбе с жопой, ищущей приключений»: рассеянный взгляд, смутная улыбка, растрёпанные волосы, сумка через плечо и грёзы – те самые, которым рифма «слёзы»… Пешеход. Самое нормальное, самое милое матери-природе состояние человека. До той поры, когда не надо переходить дорогу, – и самое спокойное.

Пешеход сам по себе и пешеход, переходящий дорогу, – это два разных человеческих удела.

Однажды шла я по Парижу, и не надо меня сразу ненавидеть, шла и шла, небогатая и незнаменитая, и в агрегатном состоянии русского зашуганного пешехода, который историческим и естественным образом в каждой движущейся машине видит угрозу. Предстояло мне перейти узенькую улочку, даже не снабжённую светофором. Я заметила приближающийся говнодав и, разумеется, встала как вкопанная. Водитель, затормозив, высунулся из кабины и всячески давал мне понять, что он до глубин естества оскорблён самой идеей о том, что он не остановится. Возмущен предположением, что парижский водитель посмеет игнорировать пешехода, тем более – пешеходицу!

Эх, камрад. Ты бы с моё отжил в России. Особенно в девяностых, когда говнюки нахватали себе иномарок и носились по улицам как угорелые. Тогда «зебра», как ласково именуется пешеходный переход, стала почти конгениальной своему животному прообразу: зебра – это та, которую жрут хищники. Но эволюция нравов значительно обуздала хищников – нет, травоядными они не стали, но по пешеходному переходу нынче пройти вполне можно без непременного риска для жизни.

Образовалась целая каста зебрян, которые ступают на пешеходный переход с гордым видом, как бы бросая вызов: я иду! Они держат голову особенно, подбородком вверх. Иногда специально замедляют шаг. Короче, кайфуют от безнаказанности! Но многие, конечно, ещё не привыкли к этой лафе и невольно скукоживаются на переходе, когда на них мчит автомобиль. В таких случаях я, тормозя, кричу им что-то ободряющее, типа «ну давай, шевели помидорами!». Значит ли это, что, перейдя в агрегатное состояние водителя, я исполнилась презрения к пешеходам?

Нет, я им не исполнилась. Но взгляд на образ пешехода у меня несколько поменялся. Дело в том, что пешеходы не уважают собственные переходы. Они идут, как им вздумается. Они горазды рассекать дорогу даже в трёх шагах от перехода. Я помню, как в советскую старину по улицам ходили инспекторы и в случае неверного, неправильного перехода улицы пешеходом штрафовали того на три рубля. Теперь штрафуют только водителей за непропуск пешехода, а сам пешеход невозбранно форсирует дорогу в неположенном месте. От безнаказанности многие пешеходы совершенно распоясались. Потеряли берега. Утратили психологический статус участника движения, несущего ответственность за соблюдение правил.

Да, возлюбленная бабушка с палочкой, неспешно пересекающая шоссе (страшный сон всякого водителя), тебя обязательно следует штрафовать – потому как воспитывать тебя поздно. Но пока не наступила гармония, для пешеходов у меня один модус поведения: стоят посреди улицы – объезжать, бредут через дорогу в каком угодно неположенном месте – пропускать.

Я не хочу в этом вопросе демонстрировать силу, ибо это не моя сила, а сила моего автомобиля, никак не умножающая мои достоинства. Стало быть, по-прежнему главный девиз – не самоутверждаться на дороге, искать для этого другие места! Где давить «пешеходов» не так глупо и опасно.




http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t52

завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 14

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я


Ф – Фарт; «финка»



Тема фарта затронута мной в разделе «ДТП», но она, конечно, этой темой исчерпана быть не может. Личный фарт выдаётся человеку по факту рождения, но он может по жизни меняться. Все мы знаем людей, которым внезапно «попёрло», а причины события скрыты и, как всегда, никем не исследованы. Вот кольчатые черви – те исследованы, а фарт – о его свойствах смутно догадались одни блатные, открыто ходящие «под судьбой». На свете есть люди «фартовые» и «нефартовые». Одни если и спалятся, так им попадутся правильный судья и нормальная зона, куда непременно станет поступать «грев». Другие вообще мимо идут – а их винтят. Никакими действиями, в том числе магическими, фарт не приманишь.

Как его выяснить – объём и характер личного фарта? Кое-что узнать всё-таки возможно. К примеру: вам надо купить билет на поезд/самолёт. Гладко ли проходит эта процедура? Сразу ли отыскивается сей вожделенный билет по приемлемой для вас цене? Всегда, иногда, никогда? Или другое: розыск нужного человека. Как долго, с каким количеством траблов вам это удаётся? Ведь на свете есть люди, которые только подумают о ком-то – и он сам попадается навстречу или тут же звонит.

Фарт на дороге измеряется количеством легко и непринуждённо достигнутых целей (наша цель – доехать, как вы помните). Вам стоит задуматься о личном фарте, если: на выезде из села Бздюхи вас ожидает машина ГИБДД с инспекторами, намеренными оштрафовать вас за превышение скорости; если вы получаете более 10 «писем счастья» (квитанций о штрафах за превышение скорости) в месяц; если вашу машину уволакивают на штрафстоянку чаще 2 раз в год; если на заправке вас хронически встречает очередь, а любой пограничный контроль – многочасовая пытка с намертво вставшей колонной.

Если автомобиль с исправным аккумулятором ни с того ни с сего не заводится, а на дороге спустилось колесо не пойми с чего – это может быть как раз проявлением фарта: вас куда-то не пускают, может, к неприятности покрупнее. Свой личный фарт я определяю как умеренно-положительный. Я не могу себе позволить проводить жизнь, так сказать, в бессознательном состоянии, под девизом «будь что будет», нет, мой удел – постоянное накопление сознательных усилий. Но жизнь изобилует горестными примерами того, как сознательные усилия не приводят ни к какому положительному результату. В моём случае – приводят. Мой фарт в том, что мне позволена иллюзия разумного поведения, в том числе – разумного поведения на дороге, и она по жизни не разрушается, а укрепляется.

Особенных даров в колыбельку феи мне не положили. Но и проклятия не было. Я могу не купить сразу нужного билета. Но так или иначе – уезжаю, когда надо и куда надо. До пенсии дожила и ни разу не сломала ни руки, ни ноги, а у меня примета: руку сломал – не то делаешь, ногу сломал – не туда идёшь. Значит, меня держат в иллюзии, что я иду туда и делаю то.




«Финка»



Особенность положения именно петербургского водителя в том, что он живёт всего в 190 километрах от государственной границы с Финляндией, которую в просторечии именуют «финкой». Поэтому вряд ли найдётся много автолюбителей, которые никогда не бывали в «финке», – туда ездят за товарами, туда направляются кратко отдохнуть, многие имеют или снимают в «финке» дом-дачу. Я бывала в «финке» различными путями, из которых самый быстрый и удобный – на поезде, а самый дешёвый – на маршрутке/автобусе. На личном транспорте поездка в «финку» обходится раза в три дороже, чем на автобусе (из-за необходимости покупать «зелёную карту» – страховку, которая, как всё в Отечестве, дорожает даже не каждый день, а каждый час). Но я сейчас не об экономике, а о метаморфозе.

Боже! Как меняется наш водитель при пересечении государственной границы с Финляндией. Куда девается вся его лихость и отчаянность, все его любимые подрезы и рассекания, каким смирным и послушным зайчиком он становится одномоментно! Я не слышала ни разу, чтобы наш водитель в «финке» сбил пешехода или попал в серьёзное ДТП, кого-то не пропустив или обогнав. Да его вообще не отличить от аборигена.

Так что всё они могут – просто не хотят.




Х – Хамы



Странно отрицать наличие хамов за рулём, их примерно столько же, сколько в жизни, но здесь возникает один из проклятых вопросов: возможно ли бороться с хамами – хамскими же методами?

Пример. Бабаза, обитающая внутри иллюзии своей привилегированности (служба в правоохранительных органах, работа в префектуре или иной вышестоящей от граждан администрации), дурно припарковала машину, перегораживая трафик. Появляются борцы с хамством. Они приклеивают бабазе саркастический стикер («Мне плевать на всех»), осыпают её насмешками, снимают происходящее на смартфон и выставляют в интернет. Все эти противохамские действия являются во-первых, хамскими, во-вторых, противозаконными. Нельзя ничего клеить на чужую машину, нельзя снимать человека без его согласия и публиковать снятое для всеобщего обозрения. Настораживает и то, что водитель – он же всегда одинок, а противостоит ему группа людей. И наказание как-то несоразмерно преступлению.

Лучше бы обходиться без травли и оскорблений. Ведь водитель может повести себя неправильно не из хамства, а находясь в безвыходном положении, по рассеянности, по незнанию. Стоит ли так сразу клеить ему ярлык? Увидел нарушение – сигнализировал в соответствующую службу, приехали представители закона, выписали штраф, провели профилактическую беседу с нарушителем.

Но борцы за нечто прекрасное и справедливое, как правило, укореняются в мысли о собственной прекрасности и безусловной правоте. В общем, нам хамы не нужны – мы сами хамы!




Ц – Цвет машины



Цвет машины с большой долей вероятности что-то говорит нам о характере её владельца, вот только не берусь утверждать, будто я знаю, что именно. Да, за рулём красных машин можно встретить немало жизнерадостных разбитных женщин, но и мрачные мужчины вам тоже попадутся – правда, в таком случае цвет машины говорит не об очевидных внешних приметах нрава, но о тайных пристрастиях. Впрочем, и случай замешивается – знаю историю, когда человек пришёл в салон покупать фиолетовый «фольксваген», а купил красный «пежо», подошёл по виду и цене. Поговаривают, будто красные машины редко бывают останавливаемы инспекторами. Легенда, быль? Не ведаю.

Века полтора тому назад личное средство передвижения в образе лошади было доступно немногим городским жителям. А уж держать собственный экипаж – такое терпел даже не всякий дворянский карман. Мечтал ли человек о вороном жеребце или гнедой кобылке – в любом случае на выбор масти положила свою тяжкую лапу природа. Чёрный, коричневый, рыжий, белый да серый – вот и весь набор цветов. Как большевики ни упражнялись в экспериментах над природой, красный конь существует лишь на картине Петрова-Водкина, действительность красного коня не произвела. А розовый конь Есенина («Словно я весенней гулкой ранью проскакал на розовом коне…») – романтический образ, навеянный оптической иллюзией. Но человек мечтал-мечтал и домечтался: личное средство передвижения в образе автомобиля доступно многим. И строгие природные ограничения по цвету сняты. Сегодня наши дороги стали куда более разноцветными и весёлыми, и число машин редкого раньше цвета растёт. Уже мало кто считает владельца оранжевого или салатного цвета авто чудаком, шутом и выпендрёжником. Люди стали свободней и охотней выражать своё мироощущение через цвет личного автомобиля.

Если исключить лидеров (чёрный, белый, серебристый, серый, коричневый), то из оставшегося спектра преобладают красные и синие. Подтягиваются зелёные. И мелькают, как ода к радости, – редкие оранжевые птицы!

Что до меня, то после шевролёнка цвета голубого льда меня заворожила машина шоколадного цвета с чёрной крышей. Вообще как-то привлекает меня сочетание чёрного и коричневого, и я никак не могла понять почему. Но поняла. Вскрыла своё подсознание – а ларчик просто открывался!

Это раскраска советской школьной формы для девочек.

О чёрном – отдельная песня.




Ч – Чёрный ворон(ок)



Как только личный транспорт подвергся демократизации и сделался доступен миллионам, так почернели наши дороги. Большой чёрный автомобиль стал преобладающим, доминантным, превратился в символ крутизны и победы. Может быть потому, что при советской власти на чёрных «волгах» и в так называемых чёрных воронках ездила власть. Это была её привилегия – не припомню ни чёрных «жигулей», ни чёрных «москвичей». Среди демократических марок попадались даже двухцветки, да ещё обязательные салатные «волги» – оптимистичненько. В девяностых же, покупая большую чёрную машину, осмелевший индивид как будто демонстрировал, что он сам нынче власть…

Сам по себе чёрный цвет в дизайне элегантен. Мне вполне нравятся большие чёрные машины. Но когда они становятся средством символического доминирования, возрастает и чувство опасности. Однако и эта тенденция оказалась временной и преходящей. Сегодня если рядом припаркованы десять машин, только три (а то и две) из них будут чёрными. Обычно так: две белые, две серебристые, одна коричневая, одна красная. И одна – экзот (фиолетовая, зелёная и т. п.) Вид дороги стал гораздо отраднее, потерял жестокий колорит, который придавали ей сплошные чёрные верзилы. Может быть, на дорогах стало больше женщин? Они как-то чёрный почему-то не обожают. А может быть, бандиты в чёрном бумере перестали воплощать образ времени и сгинули в пучине забвения?

Впрочем, есть и климатические особенности: на юге куда больше белых машин (мало нагреваются). Возможно, южные люди, переселяясь на север, сохраняют прежние пристрастия. Объясняют они их загадочным образом: один водитель, отвечая на мои расспросы о машине, сказал, что белые автомобили меньше пачкаются. Да, уж конечно, на белом грязь вообще не заметна, это мы, надевавшие белые блузки на вечеринку, знаем распрекрасно.

В общем, чёрные машины потеряли прежнее устрашающее и доминирующее значение. Да и кто теперь помнит, что такое чёрный воронок? Чёрный ворон из грустной русской песни продержался дольше. Тоже, знаете ли, символично.


http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t52
завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 13

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я

С – Скорость; светофор



Скорость – это моя проблема, мой «трабл», моё испытание. Я всем тельцем, инстинктивно, рефлекторно боюсь скорости, невольно скрючиваю пальцы ног, произвожу ступнями какие-то загадочные якобы тормозящие движения, выгибаю спину в кретинском протесте – причём скорость для меня измеряется вовсе не в цифрах. Когда я училась вождению, инструктор понудил меня в самый первый раз довести скорость до тридцати километров, а потом разогнаться и до сорока. Мне казалось, я лечу как бешеная электричка. Действительность адски мелькала за окнами. Самая первая набранная мной скорость показалась мне невыносимо огромной, а ведь объективно я еле ползла. Как в известном анекдоте, когда инспекторы останавливают на дороге старушку и спрашивают – «Мадам, куда крадётесь?»

А был и такой случай: пилила я по трассе, не глядя на приборный щиток, и вдруг увидела, что несусь со скоростью 130 кэмэ, чего со мной не бывает. Но, если бы я не взглянула на цифру, я бы её никак не опознала и не ощутила. После 115, я полагаю, идёт замедление чувства скорости. Действительность за окнами перестаёт мелькать, а реальность внутри автомобиля капсулируется… Кроме того, километры трассы и километры просёлочной дороги – это разные километры, как свернёшь с трассы, километры удлиняются и вытягиваются, даже если давать ту же скорость, что на трассе. Ощущение дороги другое…

Что такое любовь к скорости, всё это с детства навязшее в зубах «и какой же русский не любит быстрой езды?», которое мы, девочки, тоже обязаны были учить наизусть, не представляя себе, о чём мы декламируем вообще. Но это был основной стиль советской школы – зубрить, не приходя в сознание. Вовсе не плохой метод: кое-что оседало всё ж таки в уме. «Гремит и становится ветром разорванный в куски воздух…» Разорванный в куски воздух! У гоголевских бричек и кибиток скорость была дай Боже 30 кэмэ. Это сейчас, когда водители выжимают по 130–140, воздух «гремит и становится ветром», о чём вёл речь Гоголь? Как всегда – о будущем. Он знал! Знал, что нос сбежит от майора, а на Украину приведут Вия… И про скорость всё понимал раньше всех. Итак, какой же русский не любит быстрой езды? Женский русский не любит быстрой езды.

Некоторый женский русский не любит слишком быстрой езды…

Но что такое для меня – быстрая езда? Какую именно скорость я не люблю, то есть не выношу её физически, съёживаюсь и скрючиваюсь в своей капсуле?

Один умный человек, прирождённый водитель, который одно время работал шофёром у моего мужа, сказал мне две вещи, когда я расспрашивала его о вождении. «Какой вы человек – так вы и будете ездить, – сказал он мне. – Все свойства вашего характера будут на дороге, абсолютно все. Это первое. И второе – ехать надо на скорости принятия решений. Определить для себя интервал такой скорости и не нарушать его»…

Что я за человек, Бог весть, я же не знаю в точности, какой я водитель. А вот интервал «скорости принятия решений» я для себя нащупала: от 30 («Мадам, куда крадётесь?») до 110. Самая комфортная скорость для меня – от 80 кэмэ до 90. Видимо, я родилась законопослушной гражданкой!

А те, их большинство, для которых 100 кэмэ – не скорость вообще? Что это за люди, что у них за организмы? Были ли они некогда птицами или ангелами? Или приобрели страсть к скорости в ходе жизни, потому что скорость – это круто, это престижно, это по-мужски? Насколько это естественно и органично для человека – любить скорость передвижения, ощущать её на дороге (потому что больше всего скорость нашего передвижения – в самолёте, но мы её никак не ощущаем)?

Человек – такая скотина, что у него хрен разберёшь, что врождённое, а что приобретённое, сам же он в 88 случаев из ста лжёт сознательно или невинно завирается. В остальных 12 случаях – сам не знает, что и сказать. Вот я, тотально отрефлексированное существо, знаю, что не пристрастна к быстрой езде, что тело моё протестует и страшится скорости, что я постепенно приучила себя передвигаться в пространстве более чем на 60–70 кэмэ. Моя первая машина, мой шевролёнок, так проникся излучениями моей психики, что при скорости больше 110 начинал мелко и отчётливо дрожать. Он был исправен, он дрожал от страха, клянусь вам!

Он меня понимал.




Светофор



А светофор я люблю. И не потому, что он подстроен под надобности автомобилистов, а не пешеходов, последние явно дискриминированы и редко когда по зелёному сигналу можно беспечально форсировать улицу, не прибавляя шагу в конце маршрута. Я люблю светофор, потому, что это – светлый и радостный символ.

Светофор – это единственный предмет-явление, в котором у человечества нет разногласий. По вопросу о светофоре человечество договорилось! На всех континентах без исключения, во всех странах, независимо от формы правления и господствующих конфессий, у всех наций и народов, безотносительно к правам человека и мнению тех или иных деспотов – красный это красный, а зелёный это зелёный. А разве не мог какой-нибудь весельчак, упиваясь самодурной властью, объявить, что запрещающий сигнал нынче будет голубого цвета, а разрешающий – оранжевого, потому как это красивше и ближе к национальным традициям?

Но этого никто не сделал, никто, никогда.

Одно из самых отрадных явлений на дороге – «зелёная улица», когда все светофоры в городе на значительном отрезке дороги вспыхивают именно зелёным светом при вашем приближении. Конечно, кроме «зелёной улицы» есть и противоположный ей «красный коридор», когда – чёрт, как назло! будто меня именно ждали! – вас встречает запрещающий сигнал. А чаще всего царит обыкновенная чересполосица сигналов, по которой никак не разберёшь язык судьбы. Но зато «зелёная улица», особенно когда с дачи едешь в город, отчётливо читается как милость, как приветствие, как улыбка…

Сюда, сюда. Здравствуй, дорогая. Проезжай!




Т – Трамвай



У меня, товарищи, раздвоение личности, но не тотальное, а лишь по некоторым вопросам. Живя пешеходом, я любила трамвай, да я и сейчас его люблю, но, как всё в моей жизни, не натуральной любовью уже – а будто бы воспоминанием о такой любви. Это интересное чувство. Схожее с тем, которое описывал Мечтатель в повести Достоевского «Белые ночи». Он умел мечтать профессионально, маниакально, в деталях воображая себе картины своей грядущей ослепительной жизни. Но потом эта способность несколько ослабла, и Мечтатель уже не галлюцинировал с прежним сладострастием, а лишь вспоминал, как некогда в своих грёзах он был счастлив, проходя теми же дворами и улицами. Вот, год назад на этом месте я мечтал, как спасу человечество, и как же я блаженствовал…

Так и я берегу в душе тени прошедшей любви – да, это тени, но любви. Для ощущения города трамвай – на втором месте, после пешего хода. Он тяжёлый и медленный, устроившись в нём, можно не только читать, но и вязать – и петли не спустишь. Трамвай огромно-оконен, и глазеть в окно – главное трамвайное удовольствие. Трамвай не для тех, кто спешит, – и на пассажирах трамвая словно бы есть «особый отпечаток». До сих пор сохранились дивные, прямо-таки экскурсионные маршруты ленинградских трамваев…

Первая тревога началась во время изучения правил ПДД. Взаимоотношения водителей легкового транспорта и трамвая представали в них катастрофически сложными и запутанными. Оставив попытки понять, что там в какой секции загорается и как это трактовать, я решила пропускать трамвай всюду и всегда. И на этом месте любовь к трамваю стала таять. Оказавшись на дороге, я стала воспринимать трамвай не как бесспорный факт культуры, исторический раритет и экологическую драгоценность. Трамвай с его замедленностью и несносными рельсами стал раздражением и помехой. И я стала падшей. Я поняла ругавшихся на трамвай водителей. Я начала встречать потерпевших, получивших лишение прав за какой-то непостижимый разворот по рельсам. Я стала остро ощущать пропущенные из-за трамвая повороты и пенять этому милому животному за свои потерянные минуты…

Потерять невинность легко – а попробуй, восстанови.




У – Учиться вождению; «умный самый»



С автошколами и обучением вождению примерно та же проблема, что с врачами и больницами: сфера мифологизирована. Она нашпигована под завязку легендами и сказками о хороших врачах/инструкторах, и всякий мечтает, что именно на его долю придётся этот мифический хороший врач/ инструктор, который, как добрый пастырь, возьмёт его за руку и выведет из долины тревог. Тогда как истина проста: вам или повезёт, или не повезёт. Выбирая автошколу поближе к дому, вы поступаете довольно разумно, потому что вы встретите в ней ровно то же самое, что и везде. Хотите поиграть в безвыигрышную вообще-то игру «найди хорошего» – играйте, сравнивайте цены, читайте отзывы, расспрашивайте знакомых и неизвестных – ведь почему-то именно отзывам неизвестных лиц верят больше всего. Всё это заполняет время и даёт иллюзию осмысленной деятельности, будучи вполне бессмысленным.

Все автошколы в больших городах примерно одинаковы. В маленьких – тем более, просто их меньше. Любой инструктор автошколы так или иначе научит вас вождению и доведёт до экзамена. Если вы чувствуете, что ваших знаний недостаточно и у вас есть средства дополнить базовое образование, возьмите частного инструктора. Если вам суждено водить, если вы в принципе на это способны, никакой особенный «хороший инструктор» вам не нужен.

У меня был совершенно обыкновенный вменяемый инструктор – крепкий мужчина средних лет с заковыристой греческой фамилией. Он умеренно поощрял меня и в меру же критиковал, никогда не обескураживая полностью. Они там повидали жизнь, эти инструкторы. Я думаю, они сразу понимают, будет человек водить или дело швах. Большинство кадров, раз уж они разжились справками о вменяемости, водить может. Кстати, все инструкторы автошколы, которых я видела, и даже те, о которых я только слышала, – мужчины.

Теоретическая часть занудная, под стать легендарному «сопротивлению материалов» в технических вузах, постичь её невозможно, придётся вызубрить, веселуха начинается вместе с учебной ездой на машине с ободряющей надписью «У».

Мой инструктор на самом первом занятии заявил скучным бытовым голосом – ну, поехали. И психологически это было совершенно правильно, обыкновенностью этой интонации психика моя была обезврежена. А парковаться я как не умела, так и не умею. Я не паркуюсь, я вштыриваюсь и притыкаюсь, и выучить меня не сможет даже какой-нибудь Спиноза обучения вождению.




«Умный самый»



«Умный самый!» или «Самый умный!» – это ироническое прозвище тех, кто ведёт себя на дороге нагло, бесстыже и откровенно беспардонно. Скажем, на дороге затор в сухую погоду. Справа имеется дикая (неасфальтированная) обочина. Вы приготовляетесь терпеть, закуриваете, чешете в боку, задумываетесь о смысле жизни и тому подобное. В это время по обочине, взметая клубы гадкой пыли, вас опережают «умные самые». Их немало. Они весело прут по обочине, никак не реагируя на гудки нервных водителей, выражающих таким образом своё и общественное неодобрение.

Вот как будто мы не умели бы переть по обочине! Умели бы, но у нас совесть есть, а у «самых умных» её нет. Они буквально «пускают пыль в нос», всем своим беспечным и самодовольным видом демонстрируя, до какой тоски им на всех плевать.

Другая ситуация: шоссе из двух полос, одна ведёт прямо, другая предполагает поворот направо. Та, что прямо, движется туго, та, что направо, – побойчее. Что делают «умные самые»? Они едут по правой полосе, обгоняют вас и перед светофором впендюривают полкорпуса впереди вас, дурака, который не сообразил, что можно обогнать всех дураков по правой и преспокойно вштыриться у лоха под носом. Заехал за стоп-линию? Да подумаешь, кто это видел. В заповедной нашей патриархальной роще ведь никто не стукнет, не сообщит куда надо про «умного самого».

А я считаю, следует стучать. Снимать «умных самых» на видео и сигнализировать в ГИБДД. Иначе никакого воспитания «самых умных» не произойдёт. Требуется коренной перелом по отношению к ним, и необходимо не только бить их рублём, но и выказывать суровую, весомую тяжесть общественного порицания. Поэтому я всегда резким и злобным гудком выражаю осуждение мнимых умников.



http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t52
завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 12

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы



Когда я училась в автошколе, у меня, как и у всех, была толстая книга ПДД. Я штудировала её с азартом абитуриента. Возила с собой постоянно, брала в уборную, листала ночью, открывала на свежие мозги с утра. Заполняла вопросники ПДД с каверзными случаями, да не по одному разу. Передо мной разверзлась очередная бездна цивилизации, отворился вход в лабиринт новой Вселенной. Страшные картины с участием спецтранспорта, снабжённого оранжевым проблесковым маячком, мотоциклиста, велосипедиста, помехой справа – и всё это на нерегулируемом равнозначном перекрёстке! – терзали мои сны. Ужасное животное трамвай грохотало прямо в голове. А запрещающие и предупреждающие знаки кружили в помутившихся глазах лихие красно-синие хороводы…

В результате я оказалась примерно в такой ситуации, в какой бы очутился закончивший консерваторию пианист, которому всю оставшуюся творческую жизнь предстояло играть одним пальцем «Ой, мороз, мороз». Великолепие знаний всех тонкостей ПДД на дороге бесполезно.

На дороге главное – внимание. Фарт. И понимание ситуации. Из неисчислимого множества правил мне пригодилось немногое.

1. Притормаживай на поворотах.

Такого правила в ПДД нет. Его мне заповедал друг-водитель, и ему я поверила свято. Притормаживаю инстинктивно, бессознательно, на любых поворотах. Предполагаю, что друг-водитель изобрёл это правило специально для меня – но оно работает.

2. Выезжаешь задом – не надеясь ни на зеркала, ни на парктроник, поверни голову.

Это обязательно. Кроме головы, в таких случаях ничего не помогает.

3. Суббота – кормовой день ГИБДД.

Суббота – день Сатурна, а Сатурн – планета катаклизмов, катастроф и ГИБДД. Ясное дело, люди в пятницу отдохнули, в субботу они ещё тёплые, надо брать. Суббота и предельная осторожность – побратимы навек.

4. Тебе прямо, а ты встал в полосу, где поворот направо, запер полосу – спокойно. Побибикают и перестанут.

В любой ситуации, которую можно охарактеризовать словами «Я что, взлечу вам сейчас?!», сохраняй спокойствие. Включи радио «Эрмитаж». Причешись. Проверь, много ли говна в бардачке или ещё терпимо. Я ещё добавляю – «бибикайте-бибикайте, хоть обкакайтесь, бибикамши».

5. Завидев знак «уступи дорогу» – уступи дорогу.

Но без фанатизма. Которые на главной дороге, сами бывают на второстепенных дорогах, а потому пропускают тех, кто сейчас вынужден уступать, в некотором алгоритме. Пропускают через раз, или через два на третий, в общем, алгоритм следует уловить. Это не касается говнодавов – им следует уступать всегда.

6. Сорок в России – это не сорок в мире.

Жёлтый кружок с надписью 40 – знак ограничения скорости – означает, к примеру, в Финляндии, что вы обязаны двигаться со скоростью, не превышающей 40 километров. В России он означает, что вы должны сбросить скорость, но чтобы это происходило с подобной маниакальной исполнительностью, таких требований ещё никто не выдвигал даже в Госдуме. Дело осложняется ещё и тем, что знак «40» автодорожные рабочие часто забывают после окончания работ на неопределённое время. То есть смысл знака водителю бывает крупно неясен. Штрафы по превышению, разумеется, приходят – но обычно, когда вместо семидесяти водитель развивает скорость больше ста. Штрафы за превышение сорока до шестидесяти – таких случаев в моей жизни не было. Всё-таки люди. Не звери.

7. Кирпич – штука серьёзная.

Запрещающий знак в виде белого прямоугольника в красном кружке – штука серьёзная. Может быть, единственно серьёзная на дороге. Непонятно почему, но явно не зря его назвали «кирпичом» – образ кирпича в нашей культуре весом и солиден. Почему-то ведь говорят о кирпиче, который падает на голову – или не падает, но может упасть, или ни с того ни с сего никому на голову не упадёт и так далее.

8. Уступи дураку дорогу.

Это золотое правило сформулировала не я, а народная мудрость, и это тот случай, когда народная мудрость, обожающая утверждать всякие глупости, совершенно права. Если кто-то прёт – пусть прёт, не надо его перевоспитывать – вы этого просто не успеете.

9. Возможно, они правы.

Постепенно, живя на дороге, я приучила себя к мысли, что люди кругом не обязательно идиоты. Нелегко привыкнуть к этой мысли, но – они могут оказаться правы. Это небогатая, но чреватая значительным улучшением бытия мысль. К ней меня подвели несколько случаев. Еду, например, а мне встречные машины почему-то сигналят фарами дальнего света, дело происходит летним днём. Я решительно не понимаю их поведения. Наконец, поравнявшись со мной, водитель объясняет из окна в окно, что это у меня включены ненужные в данный момент фары дальнего света. Я смотрю на панель – батюшки святы, да я и не заметила, как неосторожным движением, врубая поворотный сигнал, случайно включила фары дальнего света, о чём свидетельствует значок приятного сине-фиолетового цвета. Так они не были идиотами и ничего плохого мне не желали, встреченные мной водители! Они заботились обо мне, следуя правильному чувству автосолидарности.

Оно реально есть. Второй случай был вот какой. Идущие мимоездом водители всё время как будто хотят мне что-то сообщить – сигналят, машут руками, я, разумеется, принимаю это как нечто обидное, долженствующее меня унизить и оскорбить. Наконец одному из фигурантов автосолидарности удаётся выкрикнуть что-то про топливный бак. Останавливаюсь, смотрю – оказывается, придурочный заправщик не завинтил крышку топливного люка и она болтается на шнуре! Люди желали мне добра. Или, во всяком случае, реагировали на явный беспорядок.

С тех пор я допускаю мысль, что, «возможно, они правы» – те, кто хочет привлечь моё внимание сигналами, жестами и криками.




Приметы



Я уверена, у каждого водителя есть свои приметы того, что случится, если… Скажем, если работник заправки в жилетке оптимистической расцветки, которому вы доверили залить вам топливо (неужели мне самой корячиться), повышенно приветлив и усиленно желает счастливого пути – то он свински пьян и бензина вам не долил литра на полтора. Многие установили такую примету: когда гуляешь-пьёшь с друзьями всю ночь, а утром садишься за руль и ведёшь машину, набитую людьми под завязку, высока вероятность того, что ты заснёшь за рулём кратким обморочным шофёрским сном и вылетишь на встречную полосу.

Забыл дома транспондер – верная примета того, что в кошельке не окажется наличных.

Много попадается велосипедистов – к дождю…

Троллейбус, ползущий по выделенной полосе, включил левый поворотник – без паники, он начнёт поворачивать через пять секунд минимум. Проделывающий то же самое автобус может не повернуть вовсе.

Но это всё ласковые мелочи. Есть одна примета, которой нет, но которая должна появиться. Я желала бы учредить эту примету в целях исключительной общественной пользы. Речь идёт об аварийном сигнале, том, который водители обязаны включать, если с ними случился трабл. На нашей равнине водители включают аварийку, когда им негде припарковаться. Врубают сигнал – и хладнокровно идут по своим делам, и взять их за хитрый бочок по закону нельзя: они ведь предупредили, что у них трабл. Таким образом, машины стоят в неположенных местах, мигают аварийными огнями, а их самые умные хозяева обделывают свои делишки.

Так вот, примета такая: включил попусту, обманом, на авось фейковый аварийный сигнал – в самом деле скоро попадёшь в аварию.

Правда-правда. Люди заметили. Народная мудрость. И статистика имеется. Первыми странную связь обнаружили учёные из Новосибирска. Потом это подтвердили исследования Фонда укрепления безопасности дорожного движения (ФУБДД).

Есть такая примета!




Р – Ругань на дороге; ремонт



Ругаться на дороге – это нормальное состояние водителя. Не зря в русском языке есть выражение «ругается, как извозчик». Ругань на дороге совсем не то, что ругань в жизни. На дороге ругающийся не идёт на обострение конфликта, а в большинстве случаев предотвращает его. Выпускает пар, делает психическую разрядку, облегчает душу. Довольно редко дело доходит до прямых разборок, когда машины тормозят и водители с угрожающими лицами идут навстречу друг другу. Как правило, ругань водителя никто не слышит или слышат только те, кто сидит в машине. Поскольку пассажиры не могут въезжать в дорожную ситуацию так пристально и напряжённо, как водитель, они совершенно не понимают причин происходящего. «Твою мать!» – кричит водитель, на что пассажир кротко и недоумённо замечает: «А?» – «Да обнаглел этот козёл!» – орёт водитель, на что пассажир отвечает чемпионской по бессмысленности репликой: «Какой козёл?»

Я была совсем не постоянный пользователь крепких выражений. Крепкими выражения делаются именно тогда, когда их применяют в исключительных случаях, а иначе крепость выдыхается и выцветает. Но сев за руль, я сделалась настоящей ругательницей. Из меня просто полилось. Активировался весь сознательный и подсознательный арсенал ругательств. Поведи я себя так в жизни, люди давно отказались бы иметь со мной вообще какие-то дела. Но я бабаза ру, я на дороге, я в защите, мои громовые тексты никто не слышит. Кругом, в металлических капсулах, сидят и точно так же ругаются тысячи обозлённых ртов. Обозлённых вроде бы по-настоящему, но немножко и не всерьёз. Это ругань не буквальная, а ритуальная, что ли. Вопя «Суки бляди чтоб вы сдохли», водитель не настаивает на точности определения и не требует натурального исполнения своего ругательного приговора. Это нечто вроде набора междометий. Ругань водителя так же естественна и в принципе невинна, как пение птиц на рассвете.

Вести машину – это напряжённое, искусственное, невротическое состояние человека, даже если он к нему привык и сделался мастером вождения. Ругань – естественная реакция организма на неестественное состояние. Надо заметить, что шофёры (профессионалы) ругаются несколько иначе и гораздо меньше, нежели автолюбители. Поскольку для их организмов вождение привычно, неестественность этого процесса заглушена, и потому профессионалы продолжают вести неспешную беседу с пассажиром там и тогда, где и когда автолюбитель весь изошёл на сквернословие.




Ремонт



Ремонт машины неизбежен, и бабаза ру должна понимать, что по отношению к ремонту она заведомо находится, как правило, в невыигрышном положении. Она редко когда в силах оспорить диагноз, не особо сильна в расценках, изначально смотрит на автослесаря как на спасителя, а это означает только одно: жертва нашла палача, в мире царит гармония. Я не беру в расчёт те случаи, когда автослесарем оказывается муж, отец, брат, сын, любовник, друг потерпевшей. У настоящей бабазы ничего такого обычно не бывает. И выбор автомастерской носит окказиональный характер. Ближняя к дому. Рядом с работой. Запомнила рекламу. Нашлась визитка и так далее. Исход будет один, не волнуйтесь.

Скажем, когда вы переступаете порог вокзала и обнаруживаете, что поллитровая бутылочка с водой стоит в два раза, а привычная вам газета – в три раза дороже, вы же не кричите от возмущения в центре зала, вы понимаете: началась Большая Дорога. А Большая Дорога – это место, где грабили испокон веков, грабят и будут продолжать грабить. Это традиция, это стиль, это исконная сущность Большой Дороги – грабить проезжающих. И вас об этом заботливо предупреждают прямо на вокзале.

А коли вы притаранили машину в автомастерскую, вы оказываетесь там, где вас положено объегоривать – вопрос только в размерах объегоривания. По-моему, все объегорки, то есть работники автомастерской, постоянно находятся в отличном настроении. Вид у них такой, что как будто они мысленно крякают «эхма! горе не беда!» и в каждую минуту готовы затянуть сакральную русскую песню «Не для меня придёт весна…».

Нет, вас не грабят. Вас прилежно и без всякой злобы дурят. Вас даже завораживают, дабы вы превратились в постоянного клиента, потому как все дорожат своей личной, спокойной овцой под присмотром в загоне, а не взмыленной животиной, в панике забегающей невесть откуда. Поэтому, попав в лапы объегорок, надо смириться со своей участью и постараться минимизировать попадалово.

Очень помогает превращение в дятла, но для этого нужны, конечно, терпение и артистизм. Выручают кстати ввёрнутые юридические обороты – с юристами объегорки предпочитают не связываться. Ну и последняя хитрость: если вам не западло, включайте слабую женщину, которую некому защитить, у которой последний бастион надежды – вот этот объегорка. Грустное лицо, растерянность, руки, мнущие платочек, смущённые улыбки – годится всё, что уводит вас прочь от мерзкого образа наглой богатой стервы и рисует вожделенную для настоящего мужчины картину «женщина в беде». Тут не страшно, если вам сильно за сорок, вы покинете в таком случае ассоциативную область «жена-сестра» и перейдёте в крепкий и чреватый готовностью помочь немедленно и чуть ли не в убыток себе ряд «мама-тёща».

Женщина в беде! Учите роль, салаги.



http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t52
завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 11

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты



Мнимый водитель – это тот, кто получил права, сел за руль и понял, что он никуда и никогда не поедет. Это трагическая фигура.

Между получением прав и покупкой машины обычно проходит некоторое инкубационное время. В это время потенциальный водитель чувствует и нарастающее желание осуществить свои права, и разбухающую тревогу. Но вот машина куплена, и надо сделать это в первый раз. Инструкторы обычно советуют первый раз сесть за руль либо рано утром, либо поздно вечером, в ситуации минимального движения. И чтоб свидетелей потенциального позора было поменьше.

Я вышла из дома поздно вечером и направилась к своему шевролёнку, припаркованному неподалёку у магазина. Я села, завела его, поставила ногу на тормоз и впала в оцепенение. Это была роковая минута! В эту минуту решалось, настоящий ли я водитель или мнимый – тот, кто не сумел преодолеть власть первобытного ужаса от перемены участи. Я облилась горячим потом. Поняла, что ноги отказали, и я не смогу надавить на газ. Тихо и отчаянно я стала ругать сама себя.

– Ты, ничтожество! – сказала я драматическим шёпотом. – Если ты не поедешь сейчас, ты не поедешь никогда. Ты останешься навечно трусливой идиоткой, получившей права, купившей автомобиль и спустившей все эти героические усилия в унитаз. Тебе не забыть этого унижения. Ты не простишь себя! Ни одного потраченного впустую рубля, ни одной минуты автошколы, проведённой зазря, ты себе не простишь! Ну! Ну!

Нет, я не поехала тотчас же. Я ругала и проклинала себя ещё минут двадцать. Потом – поехала. Всё в жизни человека зависит от того, сможет ли он себя заставить то или сё (быть нормальным; учиться; вставать утром и идти на работу; выполнять задуманное и т. п.). Я заставила себя поехать – и участь моя была решена.




Музыка



Музыку за рулём я не слишком люблю. Всё-таки это некоторое унижение для музыки – когда она становится дополнением, гарниром, дизайном, приправой. Я люблю слушать музыку специально, чтобы звуки её приподнимали меня из обыденности. Поэтому я не вожу любимую музыку с собой, а выбираю ситуацию, когда музыка уже унижена и стала дизайном, но я тут ни при чём. То есть я включаю радио.

Любая радиостанция имеет склонность надоедать. Но заниматься поисками на трассе я не способна – моя задача доехать, и она в моём случае не так уж элементарна. Поэтому я настраиваю радио заранее и обречена подчиниться своему выбору до окончания пути. Вывод сделан давно: «моего» радио, существующего для меня, не раздражающего ничем, на свете нет. Надо выбирать наименее противный вариант.

Наименее противный вариант – это когда нет или почти нет ведущих, залезающих в мозг с целью последующего изнасилования. Жанр музыкального дизайна станции не особо важен, ретро ли это попса, русский рок или джаз. Главное – чтобы не было людей с усиленно весёлыми голосами, сообщающих мне, что среда подходит к концу и впереди четверг, а там и пятница. И ещё какие-то захватывающие в той же мере сведения из их весёлого ада. Станции с минимальным разговором и максимальным музлом существуют, их я и врубаю – а спроси меня, для чего, сама не знаю. Для соединения со всемирным океаном пошлости, наверное.




Мотоциклисты



Мне кажется, когда вы сядете за руль, вам не удастся полюбить мотоциклистов. Оно конечно, мы и в пешеходном состоянии их не обожаем, но покуда ночной порой мотоциклисты исходят под вашими окнами своим пердячим паром, они раздражают, тревожат, вызывают неприязнь – но не представляют собой непосредственной опасности.

На дороге же рядом с вами эти мрачные агрессивные фигуры, так явно и откровенно транслирующие гордость и презрение к вам, несут угрозу, даже сами не желая того. Они, возможно, и не хотят специально транслировать гордость и презрение, но, честно говоря, вы встречали мотоциклиста, на котором не было бы крупными буквами написано «А начхать мне на вас!»?

Когда на дороге мне встречаются мотоциклисты, я чувствую себя дитятей, попавшей в грозу с чёрными молниями. Тут, конечно, требуется спокойствие, даже некоторая отмороженность – и могучая вера в свой фарт.




Н – Навигатор; номер



Не люблю я навигатор, знаю, что он неизбежен и в моей судьбе, что рано или поздно и мне придётся слушать и выполнять его команды, но пусть это будет поздно, а не рано. И насилием, а не по любви.

Дело в том, что фейсбук, навигатор и водка – три главных врага интеллекта. И на их совести немало жертв. Причём жертвами становятся как отдельные люди, так и целые подвиды граждан. Так пал и растёрт в пыль, к примеру, московский таксист!

Вот, бывало, сядешь к московскому таксисту, впереди заторчик, мигнёшь водиле хитрым глазом и спросишь – «А огородами?» И глаз водилы тут же вспыхивает задорным огоньком, и он начинает выделывать кренделя по задворкам да петлять через дворы, ему самому жутко интересно переть этими «огородами». Волна покатила. Пошёл азарт!

И что теперь? «Через триста метров поверните направо…» Таксист стал полуроботом, который, это очевидно, будет в самом скором времени заменён на робота настоящего. И поделом. Если в профессии нет места творчеству – профессия идёт в небытие, такова неумолимая поступь цивилизации. Я понимаю, что прежнюю навигацию по картам уже не вернёшь, хотя люблю рассматривать атлас автомобильных дорог России, просто чтобы насладиться знанием того, из чего состоит Родина, которую я никогда не увижу в её здоровой/нездоровой полноте… Каков же мой выход? Мой выход таков: я прокладываю маршрут заранее, разумеется, в соответствующем приложении на планшете, и – стараюсь его зазубрить. Вбить в голову.

Моё положение чем-то напоминает трогательный образ жертвы из криминальных сериалов, которая, отличаясь повышенной толковостью, будучи связанной и с мешком на голове, сидя в машине злодеев, умудрилась подсчитать все повороты. «Раз, два, три… пятнадцать, поворот направо, сто два, поворот налево…» Ангелы порядка, записав бормотанье терпилы, вычисляют маршрут, и наступает моё любимое «всем лежать лицом в пол руки на капот работает полиция». Вот и я черчу маршрут в голове и старательно приговариваю – по ЗСД, потом съезд на Богатырский, потом прямо до площади… В очереди на замену себя роботом я буду последней. Да я вообще в неё не попаду.




Номер



Считается, что номер машины может быть «красивым», значительным, символическим, намекать на что-то. Котируются одинаковые цифры или совпадающие с чем-то историческим; рассказывают, что «красивый» номер можно добыть личным усилием и есть целые регионы, где этот промысел отлажен. Вряд ли можно запросто поиметь номер «666», а его на дороге видел, конечно, каждый. Но это исключение, а в массовидной реальности человек получает номер в соответствующем отделении судьбы без возможности повлиять на ход события. Рука из окошка протягивает ему два запакованных в пластик прямоугольника: это – твой номер. Конечно, при остром желании можно что-то навязать и самой судьбе, но куда интереснее трактовать то, что она тебе говорит.

Она бывает что говорит невнятно и невразумительно. 497 или 537 – это о чём? Но 911 или 112 – уже клонит задуматься… 369, 123, 248 – подмигивают с обещанием неких «рифм» будущей авто-жизни. Но если вам вручают число, совпадающее с днём и месяцем вашего рождения, – это явный знак того, что… пока не постигла. На шевролёнка мне выпал именно такой знак.




О – Обгон/опережение



Нет, мне не примерещилось, это сущая правда: за всё время, что я за рулём, меня – такое впечатление – не обогнала/не опередила ни одна женщина. Конечно, это иллюзия… или не иллюзия? Совершают ли женщины в принципе такие манёвры? Наверное, совершают, но так редко, что у женщины есть возможность годами трепыхаться на дороге и не быть обгоняемой/опережённой женщиной. Женщины в массе своей не любят обгон/опережение, они неохотно перестраиваются из полосы в полосу, и вообще что-то в их природе сопротивляется идее, что дорога – это именно то место, где надо самовыражаться по типу «Щас покажу!!».

Если сзади меня, едущей с нормальной скоростью (я езжу по формуле разрешённая скорость плюс 12 кэмэ) сзади прётся машина с исключительно злобным видом, вся аж дрожащая от раздражения, – я знаю, там сидит козлик с вилкой в жопе.

«Вилка в жопе» – гениальное выражение из речей Нонны Мордюковой. Актриса так описывала свою встречу с некоей чиновницей из конторы по вопросу распределения жилплощади, дело было в девяностых годах. «Вхожу – она сидит. Смотрит. Я ей говорю – милая… Вынь вилку из жопы!»

То есть мы опытным нашим нутром понимаем, в каком психическом состоянии находится человек с вилкой в жопе. Это напряжённый, хронический зуд, это вечное ноющее раздражение, это локальная и неотвязная боль в тёмных недрах… Но человек со своей вилкой как-то сроднился и вынимать её не хочет.

Скажем, впереди между мной и другим автомобилем есть метров пятнадцать. Это расстояние кажется мне комфортным, достаточным для ощущения безопасности. Козлик с вилкой в жопе так жить не может! Пятнадцать метров свободной дороги будоражат его так сильно, как будто у него есть эрегированный член, а впереди – свободная алчущая вагина. И он обязан в это страстно ждущее его, вожделеющее его пространство вштыриться. Он начинает обгон/опережение. Тупой бессмысленный манёвр проводит он, иногда опасный. Для меня тупой и бессмысленный – а для него это, может быть, главное, для чего он на дороге.

Если я в хорошем настроении, то еду себе как ехала. Но не напасёшься на всех козлов хорошего настроения. Коли меня сегодня достали, то с боевым кличем «уй тебе!» я давлю на газ. Да, стыдно, однако признаюсь: бывает. Главная моя задача, как я уже объясняла, – доехать. Просто доехать. А боевой клич «уй тебе!» в это целеполагание не вписывается. Что поделаешь! Не выдерживают нервы смотреть на злобную задницу автомобиля, где сидит козлик с вилкой в жопе. Собаки становятся похожими на хозяев, но разве автомобили не делаются похожими на своих владельцев? У машин есть гонор, выправка, есть выражение лица и зада. И когда козлик с вилкой в жопе идёт на обгон/опережение – на заднице его авто сияет идиотское самодовольство, торжество симбиоза автомобиля и его водителя! «Они» обогнали, «они» опередили, «они» победили! Пятнадцать метров свободного пространства заняты. Выиграна великая война…

И она выиграна, если бы за рулём сидел такой же козлик с вилкой в жопе. Его «они» бы победили. Вилка на вилку, как говорится. Но здесь у него облом, фикция, фата-моргана, мираж. Тут рулю я, бабаза ру. А я в принципе непобедима, потому что отрицаю всю мерзкую систему их ублюдочных ценностей на дороге. Из глубин своего бездонного презрения я плюю на неё, на каждый стежок разметки моей бескрайней Родины делаю я по магическому плевку! Если бы он изведал глубину моего презрения, у него даже вилка выскочила бы из жопы. Потому что такого он вообразить себе не может. Он всего лишь совершил блиц-показ того, насколько он быстрее (сильнее, ловчее, умнее) меня, это беглое переживание, доставляющее ему маленькое фантомное удовольствие, он по двести штук в день себе такого может огрести.

А я пережила встречу с главным врагом. И осталась жива. Моя главная задача – доехать. И я её исполнила.

Но знаете, я эволюционирую. Всё чаще меня посещает спасительное безразличие к обгоняющим и подрезающим меня. Патологическая реактивность превращается в равнодушие. Бездонная глубина презрения часто выглядит как мудрость!



завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 10

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я

И – Инспектор



Серьёзного знания популяции инспекторов ГИБДД у меня нет. Когда эта фигура вырастала из советского пространства, она вообще была чем-то почти сказочным. Посмотрите на хронику шесидесятых-семидесятых годов – на эти пустынные улицы, по которым еле двигаются «волги» таксистов, грузовички и смирные жигулята. Инспектор ГАИ – это была довольно экзотическая профессия. Помню советский фильм с Сергеем Никоненко, про патологически честного парня, который маниакально преследовал нарушителя, нахального начальника, играл его Никита Михалков. Инспектор реально доставал нахальника, не желая сдаваться ни на какие посулы и провокации. Но то, что честность инспектора подавалась как нечто небывалое, перед чем спасовал, в конце концов, даже Никита Михалков, наводило на размышления: а что это за пейзаж такой, где правильные действия представителя закона выглядят как нечто странное, дикое, только одному этому герою присущее?

Это был пейзаж смиренной и боязливой советской коррупции – прародительницы нынешней, разожравшейся и вышедшей из берегов.

Современный инспектор представляет собой органический плод современной жизни, о которой мы твёрдо знаем одно: есть крупный шанс договориться на месте. Соответственно, не ждите от встреченного инспектора сияния голубых глаз, как у Сергея Никоненко. Если вам такой попадётся – беда. Но вряд ли вам такой попадётся. Однако! На свете есть мера всех вещей. Ежели у вас небольшое ДТП, в котором всё понятно, надо лишь его оформить и дензнаки на месте не фигурируют, то вы увидите обыкновенных парней, так или иначе исполняющих функцию, почти роботов. Но если вы совершили небольшое нарушение, никому не навредившее (ну опережение там, где запрещено опережение, поворот не на ту полосу, превышение скорости некриминальное и так далее) и желаете откупиться, вы увидите уже не функционеров-полуроботов. В этом своём воплощении инспекторы делаются довольно причудливы.

Вы, разумеется, подлец, мерзавец и сволочь, укрепляющая толстые путы беззакония в родной стране. И никакого оправдания вам быть не может. Вы купили время за деньги у продавца времени за деньги. Вы можете заметить в его лице и речах (лице и речах продавца времени за деньги) некоторую странность. Вы думаете, перед вами циничный обирала, а он смотрит рассеянным взглядом и как бы заговаривается. Инспекторы в подобном состоянии – немножко умалишённые. Такой может начать что-то рассказывать о своём детстве или цитировать стихи. Он начинает задавать туманные вопросы неизвестного назначения. Он превратился из инспектора дорожного движения в продавца времени за деньги, а поэтому у него все программы перепутаны в голове. Он сам не понимает, кто он такой. Да и мы, терпилы, этого не понимаем.

Один раз я нарвалась на засаду. Дело было на железнодорожном переезде со светофором. Ловушка состояла в том, что шлагбаум поднимался, а зелёный свет был поставлен на хитрую паузу таким образом, что вы дёргались ещё на красный свет и крупно нарушали правило. Проезд на запрещающий сигнал! Да вплоть до лишения прав. Инспекторы таились на лесной дорожке в перелеске и снимали всё на камеру. Полторы секунды паузы между подъёмом шлагбаума и сигналом светофора – это была их кормовая база. Не исключаю, что смотритель переезда мог быть в доле.

Я проехала, даже не заметив подвоха. Тут же раздался инфернальный звук-рык, который сопровождает машину ГИБДД, ежели она преследует нарушителя. Меня остановили двое мужчин в соответствующей форме и мы затеяли смутный, нервный с обеих сторон разговор. Потом подъехала ещё одна машина ГИБДД, и старший по званию в неё пересел, а младший стал объяснять, как суров его товарищ и как непросто будет его уломать. В результате мы двинулись в ближайший маркет, оснащённый банкоматом, где я сняла приличную сумму денег для смягчения упомянутой суровости, причём сумму назначила сама. То есть я называла цифру, постепенно её повышая и пристально считывая реакцию инспектора. На сумме, когда он улыбнулся и вскинул брови, мы и остановились. А сами инспекторы ничего такого не озвучивали. Они предлагали забрать мои права, потом выдать мне временную справку и ждать суда, который и определит меру нарушения. У меня же на даче сидели больные старички.

Некоторых водителей аж трясёт от ненависти, когда они видят инспекторов ГИБДД. В моей душе ненависти нет. Я их несколько опасаюсь – но это здоровое чувство. В грядущем высокотехнологическом будущем эта профессия отомрёт, конечно.




Й – моЙ стиль



Был такой случай в моей жизни, ещё до эпохи вождения. Оказавшись за городом в большой компании, мы стали рассаживаться в несколько машин, чтобы поехать к озеру, и мне выпала оранжевая «ока», за рулём которой сидел пожилой корпулентный мужчина в прекрасном настроении. Как-то он умудрился поместиться в свою «оку», которую ласково называл «моя капсула смерти». «Ты не волнуйся, – предупредили друзья – у Виктора… м-м-м… э-э-э… спортивный стиль вождения…» Я понимающе кивнула, хотя не имела ни малейшего понятия о том, что такое спортивный стиль вождения вообще и спортивный стиль вождения Виктора в частности. Эти двенадцать километров до озера я не скоро забуду. Виктор гнал свою капсулу смерти с азартом участника «Формулы-1» и примерно с той же скоростью. Опередить любую машину, идущую впереди, было для него делом чести. Подпрыгивая на ямах и ухабах, он явно был готов к авиационной эстетике «взлёта – посадки». Машина рычала и визжала, Виктор же беспечно напевал романс Вениамина Баснера «Целую ночь соловей нам насвистывал…».

Есть ли у меня стиль вождения? Одна особенность имеется точно: я преувеличиваю опасность. Если с второстепенной дороги или из подворотни на меня выглядывает чужая машиноморда, я всегда притормаживаю, следуя гениальному афоризму Винни-Пуха: «Никогда нельзя знать, что этим пчёлам может прийти в голову». Зелёный сигнал светофора замигал – сбрасываю скорость, а не стараюсь проскочить. На просёлочной дороге, завидев встречный автомобиль, особенно говнодав, всегда держусь правее, прижимаюсь к обочине, пусть я буду трусом, а не трупом. Вот, наверное, девиз моего вождения.

Люблю как встать на полосу, так и пилить по ней. Перестраиваться для поворота предпочитаю сильно заранее… В общем, мой стиль вождения явно диаметрально противоположен спортивному стилю Виктора. Это такой домохозяйкин стиль, но он лишён показной вежливости: я вовсе не смиренная на дороге. Жму на клаксон, если впереди тупят (а у многих затык с реакцией, особенно на зелёную стрелку светофора, указывающую возможность поворота налево, она обычно держится буквально пять секунд, а хочется ведь успеть!). Громко осуждаю «самых умных». Не держу в арсенале благодарственного мигания фарами дальнего света, если тебя пропустили, – с чего это? Но зато и не подрезаю никого, или разве от невинности (задумалась и не заметила, как подрезала). Не бросаю машину на парковке, перегораживая въезд, даже если мне «по делу на минуточку». Никогда не пользуюсь подлым обманом с аварийкой (см. «Приметы»). Верна правилу «идти со скоростью потока», даже если поток пилит под 80, а ограничение – 40.

Мне кажется, я приемлемый участник дорожного движения. В стиле «халда».




К – Кредит



Я не богата и не бедна, я средненькая, стало быть, когда я задумала приобрести, что называется, «приличную машину», передо мной в полный рост, как маньяк в парке культуры, встал грозный призрак кредита. Шевролёнок мой, при всех достоинствах, на звание приличной машины претендовать никак не мог. Он был забавным, милым, смешным, послушным, он исправно возил меня и обладал прелестным характером, но нелепость сочетания его и меня со временем сделалась вопиющей. Так бывает и у супружеских пар… Он годился на роль первого автомобиля, который – если что – не шибко жалко, его легко можно было припарковать из-за его крошечных габаритов, он не сжирал топливо, он был неприхотлив и притом вполне разгонялся до 120 кэмэ. Но я вместе с ним воплощала откровенную несуразность. Добродушные водители прямо-таки хохотали, завидя нас. Злобные – жестко дискриминировали: не было случая, чтобы меня охотно пропускали на выезде со второстепенной дороги. А один чёрт, в каком-то танке болотного цвета, в самом начале моего вождения обогнал меня слева и двинул по боку (небольшая, но вмятина!) – так я его раздражала.

«Приличную машину» я выбирала долго и тщательно. Шевролёнка я купила за наличные – но на приличную машину мне не хватало чуть менее половины суммы. В дилерский автоцентр я приезжала раз пять. Присмотреться, потом тест-драйв, потом беседы с дилером… Это был первый кредит в моей жизни, так должна же я постичь, ради чего!

Ради чего берутся кредиты – понятно: ради счастья. Моё счастье было шоколадного цвета. Платёж за него составлял 20 200 в месяц в течение… скажем так, ряда лет. (А то вы мигом высчитаете стоимость моего автомобиля, что, по-моему, лишнее.) Я понимала, что бросаю вызов насмешливым и завистливым богам, собираясь быть целый ряд лет живой и деньгоприносящей. Но у меня имелись спасительные подпорки. Я отложила некоторую сумму на чёрный день, так что если я вдруг лишилась бы всех источников дохода, то смогла бы несколько месяцев всё-таки гасить платёж. И потом, я собиралась продать шевролёнка…

Граждане, подобные мне, то есть надевающие на шею цепь автокредита прямо в дилерском центре, показались мне чем-то похожими. Выражение лица двоилось: тайная тревога сочилась сквозь явную, но напускную самоуверенность. Нередок был, особенно у женщин, рассыпчатый аффектированный смех, сопровождавшийся красными пятнами, проступавшими на замазанных тональным кремом щеках. Мужчины вздыхали тяжелее обыкновенного и двигались, явно ощущая притяжение земли. Ответственность напрочь лишает заёмщика лёгкости и грации, ежели у кого-то они имеются… Отрезок времени, когда ты уже оформил заём, но ещё не сел за руль своей машины, насыщен драматизмом предвкушения и ожидания. И счастье обладания всё-таки не являлось абсолютным – счастье отпускалось в кредит.

Ну хоть так.




Л – Любовь (к машине)



Настоящей любви к своему автомобилю я не испытывала, хотя и считаю их (машины) существами отчасти одушевлёнными, что, согласитесь, не вполне нормально. Однако знаю, что такое встречается, бывает, случается – человек действительно любит свой автомобиль, смотрит на него с нежностью, тщательно заботится, скучает в разлуке и даже разговаривает с ним на языке настоящей привязанности. Разве дети не любят своих тряпичных зайчат и медвежат? Тут тот же процесс – одушевление материи в образе. Автомобиль – игрушка взрослых, и любовь к нему является «индивидуальным избирательным чувством», как и было указано в Большой советской энциклопедии. Есть граждане, годами рассматривающие модельные ряды в каталогах и выбирающие авто своей мечты, – аналогии очевидны. Но мало ли кто раскатывает губы на формы моделей – жить придётся подавляющему большинству мечтателей с законной женой/мужем, то есть с тем, что по карману и по судьбе. Вдохновенное созерцание красоты само по себе, а совместное проживание с общими кастрюльками – совсем другой коленкор.

Те, кто приобретает именно машину своей мечты, – они вступают на путь утраты иллюзий.

Конечно, машина им дорога, она – заветный предмет обладания, но в нашем мире вожделение разжигается не для того, чтобы его так вот одномоментно залить. Только полюбил Анжелину Джоли – а она уже глупая, страшная, в разводе, с усечёнными сиськами. Купил автосокровище последней серии – ап! Твоя серия тут же оказалась предпоследней, прошлогодней, выходящей из моды. Другое дело – законная жена/муж и машина по карману и по судьбе. Здесь иллюзии иного сорта. Вроде того, что своё – родное и не подведёт. И чувство такое спокойное, тёплое, привычное. Дескать, вон моя/мой стоит…

Сроки любви к машине могут быть значительными – знаю водителя, исключительно привязанного к своей старенькой Мерседес, купленной в конце девяностых годов на первый зажиток от фантомного бизнеса. Она впрямь красоточка, так пикантно фар больше не расставляют, а рачительным уходом заботливо и тщательно сохранена. Человек в состоянии приобрести новый автомобиль, но лелеет свою подругу молодости – сентиментальность? Конечно, однако вынь из нас сентиментальность, не превратимся ли мы в чудищ? На дачных дорогах мы повстречаем древние «волги» и реликтовые «москвичи», сбережённые натруженными руками советских людей. Не одна только бедность ими движет, но и несомненная любовь к своему прошлому. Да, к этому скудному дизайну, к этим тусклым краскам. Я видела одну «волгу» невыразимого цвета – как если бы поддельную бирюзу долго вываривали в столярном клее… Таков человек, к чему ни на есть, а прилепится сердцем!

И всё-таки лелею я надежду как-то справиться с контрадикцией любви и разума. Любовь к отдельным людям вычеркнем из списка, а вот предметы, мифы и страны должны, что называется, встать на поверку. В идеале я хотела бы выписывать любовь строго по рецептам ума.



http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t38
завтрак аристократа

Татьяна Москвина из книги "Бабаза ру" - 9

Бабазбука (продолжение)

– Вот плод досуга и вдохновения, – объявила она. – Бабазбука! Здесь я сформулировала свой опыт вождения в доступной, лёгкой форме. Вы отличный будете читатель – доверчивый. Вы мне верите отчего-то. Поверили, что у меня нет детей, а я нарочно это сказала, чтоб вы, детная, невольно мне сочувствовать начали – что за женщина без детей… Есть у меня дети. Чего только нет у меня! Ладно, читайте, а я спать пойду, ведь это издевательство – чтение сочинения в присутствии автора… Вы же можете плюхнуться прямо здесь, на диванчике…

Мне тоже хотелось спать, но, проводив бабазу немножко завистливым взглядом, я открыла папку, ведомая естественным любопытством.

Поскольку Бабазбука в результате осталась у меня, публикую текст полностью.


Начало см. https://zotych7.livejournal.com/1844613.html и далее в архиве

БАБАЗБУКА

А – Автомобиль

Б – Баба за рулём; бензин

В – Водитель

Г – Говновозы и говнодавы

Д – Дорожно-транспортное происшествие (ДТП)

Е – Если буду жив

Ё – моЁ

Ж – Жестикуляция шофёрская

З – Здоровье; заправка

И – Инспектор

Й – моЙ стиль

К – Кредит

Л – Любовь (к машине)

М – Мнимый водитель; музыка; мотоциклисты

Н – Навигатор; номер

О – Обгон / опережение

П – Правила дорожного движения (ПДД); приметы

Р – Ругань на дороге; ремонт

С – Скорость; светофор

Т – Трамвай

У – Учиться вождению; «умный самый»

Ф – Фарт; «финка»

Х – Хамы

Ц – Цвет машины

Ч – Чёрный ворон(ок)

Ш – Шевролёнок

Щ —?

Ъ, Ы, Ь – пешеходЫ; обЪезжать их, пропускатЬ их

Э – Эвакуатор

Ю – Юг и север

Я – Я

Е – Если буду жив



Вроде бы знаменитое сокращение из дневников Льва Толстого, которым он помечал свои планы на будущее (е б ж – если буду жив), должно сиять основным лозунгом в голове автолюбителя. Ведь он, нажимая «старт», каждый раз ступает в область повышенной опасности, в зону вероятного несчастья, в источник приключений на свою задницу. Дорога! Сколько раз твердили миру, что никакая преступность, никакой терроризм не в силах унести столько жизней, сколько делает это дорога.

Тем не менее водители в массе своей – народ беспечный и легкомысленный. Да, они выставляют перед глазами образки святых и Божьей Матери, некоторые молятся специальной шофёрской молитвой, но ставить на все свои планы чугунную печать «е б ж» и думать в этом направлении не собираются. Мементо мори – неисполнимый завет. Невозможно выезжать на дорогу и усиленно мементоморить. Здесь у нас в голове что-то милосердно блокировано…

История знает случаи, когда люди, будто предчувствуя нечто, не являлись на роковой рейс самолёта. Но я ни разу не слышала о шофёрах, которые заявляли бы: «А не поеду-ка я сегодня, что-то не тянет меня». Я, скажем, ощущаю опасность лишь в случае отрыва от поверхности земли – взмывая в воздух или погружаясь под воду (однажды сука-паника накрыла меня в экскурсионном батискафе, опускавшемся в Красное море на 20 метров). На земле я чувствую иллюзорный покой. Кажется, будто здесь, на мирной спасительной тверди, со мной ничего ужасного случиться не может.

Так надо или не надо каждый раз, садясь за руль и собираясь доехать куда-то, твердить толстовское «е б ж» и активно мементоморить? Будучи не в силах ответить на этот вопрос по существу, я поступаю по обычаю: кратко и усердно молюсь перед стартом.

Справедливо полагая, что строить планы смертному не возбраняется – буду я, бабаза ру, е б ж, они могут исполниться, а если я не буду ж, то планы точно пойдут прахом. Всего-то два варианта.



Ё – моЁ



Владение личным автотранспортом обогащает личное чувство собственности. Зададимся вопросом: отчего в советской России отменно получались танки и самолёты и так плачевны были усилия по созданию легкового автомобиля? Традиция сохранена и поныне: прекрасно удаются грузовики, а «лады» наши… нелады с нашими «ладами», и никого провести в этом вопросе не выйдет. Тут как заколдовано.

А заколдовано оттого, что не заточены мы под нужды отдельного индивидуума, у нас и дворники мыслят в государственном масштабе. Грузовик везёт нужный груз, он задумывается как победитель пространства и преодолитель препятствий, он вписывается в картину могущества государства. Легковая машина, куда забился самонадеянный индивид, в эту картину не вписывается, потому что индивид потакает исключительно своим нуждам, запросам и желаниям. Идея о том, что личное процветание человека способствует процветанию государства, – она не только что не наша, она нами даже не воспринимается.

Мы твёрдо знаем, что процветаем отдельно от государства, а государство цветёт вдали и помимо нас. Поэтому своя машина становится чем-то вроде образа-символа личного успеха, иллюзорно отгораживая владельца от подчинения государству. Это – моЁ! Я заплатил налоги, купил бессмысленную «автогражданку» (обязательную страховку), и всё, извини-подвинься, государство, теперь я в домике на колёсах и еду, куда мне вздумается. Я еду в своЁм!

Никакое землевладение не даёт такого особенного чувства. Земля, огороди её хоть трёхметровым забором, так или иначе круглосуточно находится под недрёманным оком государства. Она – недвижимость. Стало быть, ненадёжную белковую субстанцию, которая временно заняла эту недвижимость своими грёзами, всегда можно запросто вытурить. Автомобиль же – движимость. Он срастается со своим владельцем и становится чем-то вроде дополнительного тела.

Конечно, такое положение дел приводит зачастую к патологии, когда автовладельцы воспринимают с реальной болью любую царапину на своей машине. Я знаю людей, которые теряют душевный покой всякий раз, когда у машины есть хоть малейший трабл – второстепенный значок на приборном щитке почему-то не гаснет, они уже в тревоге. К собственному здоровью они более равнодушны, чем к состоянию машины!

К такого рода перекосам я отношусь снисходительно – ведь, в самом деле, много ли у нас, средненьких людей, того, про что мы с гордостью можем сказать «моЁ»? Да, «моЁ» – источник тревог и печалей, но и радостных волнений, но и острого ощущения жизни. Патология начинается с нарушения меры, с того, что собственник называет своим слишком многое, с аномалии обмена психологических и социальных веществ, с разбухания личной собственности. А небольшое «моЁ» вполне украшает грустную человеческую жизнь.

Особенно если ты можешь от него отказаться ради чего-то более важного.



Ж – Жестикуляция шофёрская



Когда я была пассажиром… славное начало для романса, кстати. Так вот, когда я помещалась на пассажирском сидении рядом с водителем, всё равно – профессионалом или дилетантом, я сталкивалась с одной и той же проблемой. Шофёрская жестикуляция.

Я люблю, когда у шофёра руки на руле. Прямо скажем, не такие уж огромные требования я предъявляю действительности. Я спокойна, когда у шофёра обе руки на руле. Но человек, который занимает место водителя, совершенно не способен держать руки на руле, если он что-то рассказывает.

У него мгновенно образуется шофёрская жестикуляция – загадочное явление, не объяснённое учёными из Новосибирска. Люди, которые в жизни смирно сидят и говорят, даже не думая сопровождать разговор жестами, пластически скованные русские люди (большинство русских таковы) абсолютно преображаются, открывая рот за рулём. Они становятся какими-то, мать твою, итальянцами. Они отрывают обе руки от руля и начинают рисовать ими таинственные фигуры в воздухе. Они машут руками, они ими всплёскивают, крутят и вертят, они вращают кистями, выкидывают пальцы, вытягивают руки по всем направлениям в ритме бурного танца. Причём остальное тело неподвижно. Бесчинствуют только руки.

Какого чёрта шофёры предаются жестикуляции, когда они за рулём? Чёрт этот не опознан, удалось установить лишь то, что: пол, возраст, опыт вождения, особенности характера не влияют на появление шофёрской жестикуляции. Стоит вам затеять разговор с водителем, с любым водителем, он отрывает руки от руля и принимается чертить и махать ими. Единственный способ избежать шофёрской жестикуляции – это молчать. Не заводить и не поддерживать разговор. Когда они молчат, у них обе руки на руле.

Однажды я спросила у подруги-водителя с высокой степенью рефлексии, зачем, разговаривая, она машет обеими руками на дороге, когда руки обязаны быть на руле?

Она не могла объяснить, потому что она своей жестикуляции попросту не заметила. Не обратила внимания! То есть водители не впускают в голову феномен шофёрской жестикуляции. Русские валенки превращаются в пылких итальянцев и даже не замечают этого!

Загадка.

То ли водители устают от неподвижности, и жестикуляция снимает мышечное напряжение. То ли за рулём повышается общий артистизм человеческой личности, и она желает предельно живописно разукрасить свои устные рассказы. То ли существует незримый и неписаный общемировой стандарт того, как следует говорить и показывать за рулём. Известно одно: жестикуляция шофёрская неизменна, неискоренима и повсеместна. Если сказать о ней самому водителю, он примолкает, задумывается – а затем продолжает чертить руками, как ни в чём не бывало. Ваше замечание не включается в его рефлексию. Его как будто бы и не было.



З – Здоровье; заправка



Связь вождения и здоровья – вопрос, не прояснённый полностью учёными из Новосибирска. Для того чтобы получить право сесть за руль, надо пройти медицинские фильтры и принести справки об отсутствии тебя на учёте в психо-и наркодиспансере. Некоторые дефекты (серьёзная травма руки, к примеру) тоже служат препоной в доступе к «правам человека». Так, ну а потом? Как влияет вождение на здоровье? Что оно лечит, что калечит? Есть ли профессиональные болезни водителей? Какие хвори вождение обостряет, а от каких исцеляет?

При вождении машины на автоматической коробке передач задействована только правая нога, стало быть, возможен некоторый дисбаланс в ощущении левой и правой ноги. Но его нет. Левая не болит, не укорачивается, не теряет подвижности, не меняет очертаний. Такое впечатление, что левая как будто переживает в своей вынужденной неподвижности те же мышечные усилия, которые делает правая, только лишена пластической возможности их выразить. Потом вот что. Водитель малоподвижен, он сидит и крутит руль – но сидит он иначе, нежели, к примеру, за компьютером, вождение крупно жрёт калории, длительное вождение утомляет и выматывает. Это физическая работа – при минимальном ассортименте производимых движений. И скажите на милость, как вычислить, чем именно человек заработал остеохандроз и радикулит, если он сидит на работе целый день, а потом садится за руль? Где подцепил простуду на сквозняке – в машине или офисе/дома? Откуда явилась сердечная недостаточность – от психологического напряжения на дороге или в результате драмы семейной жизни? Хватанул ли субьект загрязнённого воздуха, мчась по шоссе или попросту открыв в комнате окошко? Зрение ослабло из-за вождения или от того, что он часами пялится в монитор?

Как-то не удалось мне вычленить вождение как угрожающий здоровью фактор из общей вредоносности жизни. Годы за рулём, конечно, не прошли для меня бесследно, здоровье моё немного ухудшилось, но оно и так бы ухудшилось, без руля! А вот психически я значительно окрепла. Выявила свои подспудные возможности широкого спектра. Научилась точному расчёту времени и пространства, что необходимо на дороге. Понемножку осваиваю умение владеть собой. И ведомо мне чудесное наслаждение автодвижением, а это значит, что выработка естественных эндорфинов в организме действует бесперебойно. А всё, что производит наркотический эффект, не будучи наркотиком (такой эффект может оказывать, скажем, восприятие искусства и занятие творчеством), – всё-таки ближе к благу человека.



Заправка



Многие привязаны к эстетике заправки, особенно на трассах, когда так отрадно видеть оазис цивилизации посреди пустыни. Клозет, маркет, бургер, кофемашина, довольные в принципе жизнью люди вокруг. Бедные на заправках не бывают. Так что ты среди своих – тех, кто сделал усилие, тех, кому повезло, тех, кто справляется с жизнью. Кажется, будто на заправках вообще не бывает ссор и конфликтов – я, во всяком случае, такого не встречала. На заправках всегда чисто. На заправках всегда тихо. На заправках редко случаются происшествия. И в образе заправки что-то таится такое, о чём знают создатели криминальных фильмов.

Я ни разу не видела в новостях, а уж тем паче лично, чтобы заправка горела и взрывалась или горели и взрывались заправляющиеся там машины. Но в кино! Сумасшедшие с ружьями стремятся добежать именно до заправки и начать бесчинствовать. Как знаком нам силуэт человека, который только что покупал колу, – и вот он бежит, а за его спиной… Пиротехники взрывают заправки с размахом и наслаждением (единственный способ пироману легально заработать на жизнь – это стать пиротехником). А как безопасно утолить страсть к разрушению собственной цивилизации? Снять кино, где горит мирный оазис этой самой цивилизации. Заправка.

Всё-таки я её немножко опасаюсь и стараюсь всё проделать побыстрее. Не доверяю я этой показной чистоте и невинной нейтральности.

Зло где-то здесь… Оно присматривает за тобой. «У вас есть наша карта?». – «Нет. В другой раз».

На этот раз получилось улизнуть.




http://flibustahezeous3.onion/b/576566/read#t38